Историография советской школы 1920–1930-х годов в отечественной научной литературе эпохи перестройки | Статья в сборнике международной научной конференции

Отправьте статью сегодня! Журнал выйдет 27 июля, печатный экземпляр отправим 31 июля.

Опубликовать статью в журнале

Библиографическое описание:

Терехова, В. П. Историография советской школы 1920–1930-х годов в отечественной научной литературе эпохи перестройки / В. П. Терехова. — Текст : непосредственный // Исследования молодых ученых : материалы LXV Междунар. науч. конф. (г. Казань, сентябрь 2023 г.). — Казань : Молодой ученый, 2023. — С. 149-160. — URL: https://moluch.ru/conf/stud/archive/499/18165/ (дата обращения: 16.07.2024).



Статья является частью работы по изучению советской школы 20–30-х годов ХХ века в отечественной историографии. В публикации рассматриваются научные работы историков 1985–1991 годов, посвящённые исследованию данной проблемы. Исследователями выделены следующие аспекты: опытно-экспериментальная работа в советской школе, комплексный подход в преподавании, организация деятельности школьных кооперативов, положение учителя в период становления советской школы, роль КПСС и комсомола в народном образовании, методы обучения, подготовка и повышение квалификации педагогических кадров, создание контролирующих органов.

Ключевые слова: народное образование, методы обучения, кадровый вопрос, советская школа, исследовательский метод, школьные кооперативы, профессиональный уклон, школьная реформа, дифференцированное обучение.

The article is part of the work on the study of the Soviet school of the 20–30s of the twentieth century in Russian historiography. The publication examines the scientific works of historians from 1985–1991 devoted to the study of this problem. The researchers identified the following aspects: experimental work in the Soviet school, an integrated approach to teaching, the organization of school cooperatives, the position of teachers during the formation of the Soviet school, the role of the CPSU and the Komsomol in public education, teaching methods, training and advanced training of teaching staff, the creation of regulatory bodies.

Keywords: public education, teaching methods, personnel issue, Soviet school, research method, school cooperatives, professional bias, school reform, differentiated education.

Период становления института народного образования в советском государстве представляет большой интерес для историков. Целью данной статьи является проведение историографического обзора отечественной научной литературы периода «перестройки», в которой рассматривается реформирование школы в 1920–1930-х гг.

Большинство исследовательских трудов рассматриваемого периода касаются проблемы методов обучения, опытно-экспериментальной работы, кадрового вопроса в образовании. Авторы выделяют достоинства и недостатки преобразований школьной системы.

Вендровская Р.Б в своей статье рассматривает разработку форм и методов учебного процесса [2]. Отмечает достоинство программ ГУСа: «устраняли существенный недостаток старой школы — отрыв обучения от жизни и изолированность учебных предметов друг от друга» [2, с.113]. Перечисляет новые методы обучения: исследовательский, экскурсионный, Дальтон-план, метод проектов. Сравнивает исследовательский метод с методом, нацеленным на усвоение новых знаний. Выделяет особенности советского Дальтон-плана, его отличие от зарубежного. В статье показан опыт школы № 14 г. Москвы в применении данного метода [2].

Автор рассматривает взгляды педагогов на формы и методы учебного процесса и воспитания. Индивидуальные формы оценки знаний учащихся (личная книжка или трудовая книжка ученика, отчет на учебном собрании) и коллективные формы (групповые дневники, учетные карточки и т. д.). Автор положительно оценивает этот опыт. Несомненным достоинством Вендровская Р. Б. считает учет психофизиологических особенностей учащихся, единство воспитательных и учебных задач [2].

Среди слабых мест школы 20-х гг. автор указывает проблему в систематичности знаний. Одним из важных достоинств считает то, что «педагогика 20-х способствовала воспитанию активного, самостоятельного, преданного идеалам социализма поколения, выдержавшего суровую проверку на прочность на фронтах Великой Отечественной войны» [2, с.117].

В статье Беляева В. И. рассматривается организация опытно-экспериментальной работы в советской школе, типы учреждений (индустриальные, сельскохозяйственные и педагогические, центральные и местные) [1].

Особое внимание уделено характеристике работы 1-й опытной станции НКП РСФСР (Московскому и Калужскому отделениям). «Этот опыт представляет интерес и в связи с генеральной задачей, поставленной в партийных документах о реформе школы, — сблизить и слить общеобразовательную и профессиональную школу в ближайшем будущем» [1, c. 114].

Особое внимание стоит уделить монографиям, в которых даётся характеристика не отдельных аспектов деятельности советской школы, а всесторонне исследуется институт народного образования в СССР.

Веселов Д. Р. в научном труде «Великий Октябрь и становление народного образования» рассматривает реформу Наркомпроса 20–30-х гг. ХХ века, уделяет внимание решению кадрового вопроса в управлении народного образования путём проведения краткосрочных курсов для рабочих и колхозников [3].

Особенностью данной монографии является то, что автор рассматривает проблему расширения демократических начал в управлении просвещением. «Такими формами были участие населения в перевыборах учителей в 1918 г., перевод школ на местный бюджет и самообложение населения, «недели школы», запашка в 30-е гг. «культурных» гектаров в фонд всеобуча, передача под школьные здания кулацких домов и т. д». [3, с. 21].

В исследовании показана роль комсомола в школе: организация школ крестьянской молодёжи, пионерского движения, отделов по работе с учащимися, пополнение рядов учителей за счёт комсомольцев и т. д. Уделено внимание роли партийных органов в системе руководства школой [3].

Среди достижений в системе народного образования изучаемого периода автор указывает разработку новых программ и учебников, введение обязательного минимума преподавания общественных наук и преподавания гражданской истории с 1933 г., Конституции СССР с 1977 г., создание аспирантуры, введение штатно-окладной системы оплаты труда профессоров, доцентов и ассистентов, рост зарплаты в вузах, развитие национальных школ [3].

Автор отмечает, что одним из важнейших достижений того периода является воспитание истинного патриота своей Родины. «В школе довоенных пятилеток в процессе коммунистического воспитания и закладывался прочный фундамент будущих подвигов советской молодёжи в годы Великой Отечественной войны» [3, с.37].

К недостаткам советской школы рассматриваемого периода Веселов Д. Р. относит отсутствие у педагогических работников и руководителей специального высшего образования, низкий уровень оплаты труда. Среди насущных проблем школьного образования выделяет классовую борьбу, социальную и политическую неоднородность кадров, слабость пролетарского ядра в среде кадров, низкий культурный уровень и массовую неграмотность трудящихся [3].

Моносзон Э. И. в монографии «Становление и развитие советской педагогики»рассматривает создание системы советского образования и изучает её изменения в последующие периоды [7].

Автор положительно оценивает преобразования в стране. «Осуществив ленинский план культурной революции, страна добилась выдающихся достижений — всеобщей грамотности, постепенного перехода к обязательному среднему общему и профессиональному образованию, огромного роста средних специальных и высших учебных заведений, гигантского роста духовной культуры советского народа» [7, с. 16].

В монографии даётся характеристика ступеням обучения в школе, отмечается введение бесплатного и совместного обучения, запрет на преподавание вероучений. Автор определяет общие принципы социалистического воспитания, рассматривает педагогические взгляды и деятельность выдающихся педагогов 1920–1930-х гг. [7]

Интересным является то, что в научном труде рассмотрены дискуссии по поводу предмета педагогики, методов обучения. Уделено внимание созданию научно-исследовательских институтов школ в 1930-х гг., дана характеристика содержанию учебников для педагогических институтов и училищ. Указан перечень работ, касающихся проблемы воспитания дисциплинированности советских учащихся. Среди недостатков школьной реформы автор указывает введение комплексных программ ГУСа [7].

В научном труде «Очерки истории педагогической науки в СССР (1917–1980)» М. Н. Колмаковой, Л. С. Геллерштейном, З. И. Равкиным и др. изучен период изменений в советской школьной системе с 1917 по 1980 гг. [9]

Рассмотрим взгляды авторов на первые два десятилетия советских преобразований. Авторы дают характеристику схем и программ ГУСа, описывают дискуссии по данному вопросу, сравнивают традиционную концепцию образования и концепцию естественнонаучного образования. Среди достоинств схем ГУСа выделено наличие системы прикладных знаний. «Схемы ГУСа» были не свободны и от серьёзных недостатков. Комплексное построение учебного процесса в ряде случаев противоречило логике науки как средства познания и преобразования действительности» [9, с. 73].

В «Очерках» уделено внимание организации производственного труда в школах на базе промышленных предприятий. При изучении школьной реформы 1930-х гг. авторы в качестве одного из главных направлений выделяют необходимость обеспечить систему знаний для учеников и политехническую подготовку. Для этого стал применяться предметный подход [9].

В монографии большое внимание уделяется дискуссиям о методах обучения, организационных формах обучения, форме учёта знаний учащихся, рассматривается проблема политехнического образования и трудовое воспитание школьников, создание и развитие системы научно-педагогических учреждений в СССР. Особое внимание уделяется методу проектов, его достоинствам и недостаткам [9].

Авторы выделяют негативные черты советской школы 20-х годов: отсутствие глубоких систематических знаний, перегрузка общественной работой, снижение качества знаний из-за применения бригадного метода, нехватка учебников. Названы изменения в системе образования 30-х годов: исключение учебного предмета «труд», введение нового предмета «политехническое трудовое обучение», замена общеметодического подхода к построению содержания общего образования частнометодическим, замена комплексного расположения учебного материала на предметный [9].

Клицаков И. А. рассматривает жизнь и трудовую деятельность советского учителя. В статье «Материальное и правовое положение учительства (1917–1937 гг.)» автор поднимает проблему тяжелого положения педагогов в период становления советского образования и в 30-е гг. [5] Характеризует произвол местных властей на примере дела учительницы В. С. Ивановой, низкий уровень жизни советских педагогов в годы Гражданской войны, деятельность Наркомпроса и партии по улучшению бытовых условий жизни учительства (повышение зарплаты, выделение средств на переподготовку педагогов, снабжение сельских учителей периодическими изданиями и книгами, политической литературой). Рассматривает учительские кооперативы на примере Донецка, проведение кампании по повышению авторитета педагогических работников в обществе, по соблюдению прав учителей. В статье приводятся случаи притеснений педагогов, особенно тех, кто состоял в колхозе (отчисление части зарплаты колхозу, проблема с предоставлением отпуска летом, увольнения в связи с подозрением в реакционной деятельности, поручение работы, не связанной с педагогической деятельностью, и т. д.); случаи восстановления на работе уволенных ранее учителей на примере школ Ленинградской области [5].

В статье «Общественно — политическая деятельность советского учительства (1917–1937 гг.)» Клицаков И. А. рассматривает деятельность педагогов по пропаганде в пользу государственного курса и по распространению культуры в массах [4].

«Траурные дни января 1924 г. Ленинский призыв в партию. В это время особенно ярко проявилась гражданская зрелость многих учителей. Обычными стали совместные заседания партийных ячеек с учителями. Вместе занимались они в политкружках, участвовали в проведении общественно-политических кампаний» [4, с. 92].

В статье выделены недостатки в методах работы с педагогами: привлечение к технической работе, недостаток снабжения необходимой литературой, случаи раскулачивания педагогов, лишения избирательных прав, массовое увольнение учителей в период «чистки» по вине представителей местных властей [4].

Клицаков И. А. уделяет внимание проблеме ликвидации неграмотности среди взрослого населения и говорит о большом вкладе учителей в решение данной проблемы. В статье описано распространение ударничества среди учителей, приводится характеристика деятельности слета учителей — ударников г. Днепропетровска [4].

Худоминский П. В. изучил становление и изменение системы повышения квалификации педагогических кадров. Этому посвящена монография «Развитие системы повышения квалификации педагогических кадров советской общеобразовательной школы (1917–1981 гг.)» [15].

Периоду 20–30-х гг. ХХ века уделяется внимание в главах 1 и 2. Автор выделяет три направления переподготовки: политическое, педагогическое, общеобразовательное. В научном труде даётся характеристика работы экспертных (аттестационных) комиссий, признакам квалификации педагога, видам курсов для учителей [15].

Автор сравнивает программы самообразования двух типов (1926–1930 гг.): «Ступени самообразования», подготовленные культотделом ЦК Союза работников просвещения, и «Программы минимум», разработанные Главсоцвосом НКП РСФСР» [15, с. 52]. Называет категории аттестованных в 30-е гг.: учитель начальной или средней школы, допущенный к педагогической работе (должен получить образование в определённый срок), отстранённый от работы в школе (профнепригодность) [15].

Худоминский П. В. рассматривает программы ГУСа, среди их достоинств выделяет опору на жизненный опыт, творческий подход, активные методы. К недостаткам данных программ относит недооценку прочных знаний и навыков [15].

В монографии уделено внимание такой проблеме, как кулацкий террор против учителей; рассматривается участие учителей в хлебозаготовках и их помощь в создании колхозов [15].

Меньшикова E. A. в своей статье «Школа жизни» Н. И. Поповой. Из истории народного образования Москвы начала 20-х годов» характеризует преобразования 20-х годов ХХ века на примере 2-й опытной школы Московского отдела народного образования имени Тимирязева (МОНО). Попова Н. И. руководила этой школой и продолжала эксперимент, начатый еще до Октябрьской революции [6]. «Педагогический коллектив получил возможность широко развернуть работу по организации школы на основе трудового начала, общественного воспитания, связи городских детей с деревней» [6, с.80]. В основе организации работы в данной школе лежал принцип деятельности, широко применялся исследовательский метод. Автор обращает внимание на то, что коллективу школы пришлось работать с разным контингентом детей в плане культуры поведения. В статье даётся характеристика программы летних занятий в усадьбе, которая была предоставлена школе. Школьники участвовали в сенокосе, проводили экспериментальную работу с деревьями и т. д. Автор описывает график работы школы в городских условиях, учебные предметы и клубные занятия, содержание учебных исследований с 1 по 5 класс [6].

Равкин З. И. в монографии «Творцы и новаторы школы, рожденной Октябрем» описывает вклад в развитие советской школы Н. К. Крупской, А. В. Луначарского, М. Н. Покровского, А. С. Бубнова, П. П. Блонского, А. П. Пинкевича, А. С. Макаренко, В. А. Сухомлинского. Автор, характеризуя особенности новой школы, отмечает, что она создана в интересах трудящихся, её строительство осуществлялось при участии народа. В научном труде описываются программы ГУСа, дискуссии о применении исследовательского метода, его сравнение с методом готовых знаний [11].

Очень интересен научный труд Плясовских В. С. «Политика КПСС в области народного образования: Опыт разраб. и реализации». Периоду становления и развития советской школы 20–30-х гг. ХХ века посвящены параграфы 1 и 2 главы 1 монографии [10].

Автор показал роль Коммунистической партии в реформе школы. «Выработанные партией и закреплённые в государственных актах, принципы социалистического гуманизма в народном образовании (общедоступность, государственный и светский характер школы, единство всех её звеньев и их преемственность, равноправие, связь с практикой социалистического строительства) явились основой для создания качественно новой системы образования и воспитания» [10, с.25].

В качестве достоинств новой системы образования автор отмечает развитие общей и профессиональной школы, разрушение сословного характера образования, ликвидацию неграмотности к концу 1930-х гг., развитие школьного дела в национальных республиках, работу по организации профориентации подростков, введение должности групповодов (классных руководителей) [10].

В своём научном труде Плясовских В. С. обращает внимание на следующие недостатки: недооценка роли трудового обучения и воспитания, введение комплекс-планов, попытки превратить старшие классы школы в техникумы, попытки подменить педагогику педологией, ошибочное представление о том, что процесс нравственного формирования молодёжи происходит стихийно [10].

Ревякина В. И. в своей статье рассматривает опыт внедрения дифференциации обучения в 1920-е гг. [13] Разделение проводилось, например, по художественно-эстетической развитости учащихся (московский Городок III Интернационала). Выделялись группы школьников, изучающих углублённо определённые предметы, группы физически ослабленных детей, группы с профессиональным уклоном (политпросветработа, педагогика, медицина, техника, конторское дело), классы с разным уровнем способностей. Автор выделяет проблемы применения опыта профессиональных уклонов в школе: отсутствие учебно-материальной базы, специальных программ, разное количество часов в учебных заведениях на такие занятия, сложности организации работы учеников на производстве, нехватка помещений и квалифицированных кадров [13].

В статье отмечено, что в отдельных школах опыт дифференцированного обучения удался: ленинградские школы с индустриально-техническим уклоном, с художественно-промышленным уклоном. Автор описывает опыт дифференциации учащихся по способностям, приводит примеры положительной динамики обучения слабых классов [13].

В статье освещены дискуссии по поводу введения семестровой системы занятий с переводом из класса в класс дважды в год. Интересен опыт применения программ максимального и минимального уровней. Ревякина В. И. оценивает его положительно [13].

Статья Тютина А. А. посвящена созданию и деятельности контролирующих органов в сфере народного образования советского государства [14]. Автор даёт характеристику полномочиям школьных инструкторов, описывает проблемы, с которыми им пришлось столкнуться во время работы. В статье говорится о создании института инспекции народного просвещения, функционале инспекторов, категориях контролирующих специалистов, реформе 1927–1929 гг., приёмах и методах проверки школ, условиях труда инспекторов просвещения. Автор положительно оценивает реформу контролирующих органов в советской школе 20-х гг. и предлагает использовать данный опыт в конце 1980-х гг. [14]

Файнберг Р. в своей статье рассматривает организацию школьных кооперативов в первое десятилетие Советской власти [16]. Интересен опыт включения деятельности кооперативов в учебный процесс (например, на уроках истории и обществоведения). Автор называет проблемы, возникшие в процессе создания общеобразовательных учебных заведений с кооперативным уклоном: отсутствие квалифицированных кадров, материальной базы и оборудования, достаточного количества учебных часов, невозможность проведения полноценной практики. Среди достижений работы школьных кооперативов автор отмечает снабжение детей учебными принадлежностями, дешевизна кооперативных товаров, получение дохода, выделение заработанных средств на общешкольные нужды [16].

Нанивская В. Т. в статье «Анатомия репрессированного сознания: как создавали отечественную школу» говорит об утопичности первой реформы советской школы, невыполнимости таких решений, как горячие обеды для всех учеников, идея включения учеников в управление школами [8].

В статье даётся подробная характеристика Положения о единой трудовой школе. Автор уделяет особое внимание внедрению производительного труда как основы школьной жизни. Сравнивает системы трудового воспитания в школе и в заключении, делает вывод о том, что обе системы воспитания очень похожи. Нанивская В. Т. рассматривает программы ГУСа, выделяет три основных принципа: комплексность, связь школьной работы с современностью, краеведческий. Автор считает, что при воспитании «нового человека» в период реформирования советской школы не учитывались особенности возрастной психологии. Делает акцент на отказе от религии, а в будущем — от этики и морали. Обращает внимание на роль изучения истории в школе и отмечает, что формируется высокомерное отношение поколения к предшествующим эпохам. В естествознании прослеживалась тенденция к завоеванию природы. В физическом воспитании первоочередное внимание уделялось классовой физкультуре [8].

Негативной стороной школьного образования 1920-х гг., по мнению автора, стала отмена учебников, проблема с подготовкой педагогических кадров, упрощение программ, внедрение метода проектов. Положительное изменение — повышение уровня грамотности [8].

Автор рассматривает преобразования 30-х годов: возврат к традиционному уроку и учебникам (в том числе и по истории), введение элементарных норм знаний по физике, биологии, географии и т. д. Автор отмечает, что Сталин лично курировал создание школьных учебников по истории. В статье даётся краткая характеристика содержания курса литературы. Нанивская В. Т. отмечает достижения 1930-х гг.: ликвидация безграмотности, улучшение ситуации с педагогическими кадрами, материальной базой школ, школы обеспечены учебниками. Среди негативных тенденций указано формирование репрессивно-классовой модели сознания и поведения [8].

Равкин З. И. в статье «Мифы и реалии в истории отечественной школы» критикует вышеуказанную статью Нанивской В. Т. [12; 8]. Автор не согласен с суждениями «о тождественности труда в школе и в исправительно-трудовых колониях» [12, с. 111] и приводит аргументы в поддержку своей точки зрения. Равкин З. И. называет ошибочной приведённую Нанивской В. Т. оценку программ ГУСа [12; 8].

В статье Равкина З. И. указаны произведения, которые входили в школьную программу по литературе в 20-х гг. ХХ века. Автор отмечает связь школы с духовным богатством русской и мировой классики [12].

Таким образом, для исследователей периода «перестройки» представляли интерес следующие проблемы советской школы 20–30-х годов ХХ века: применение новых методов обучения, программы ГУСа, подготовка педагогических кадров, тяжёлое положение учителя, опыт дифференцированного обучения, внедрение трудового воспитания, организация школьных кооперативов, деятельность контролирующих органов.

Изучив труды исследователей, мы можем обозначить ряд дискуссионных вопросов: достоинства и недостатки программ ГУСа, эффективность методов обучения, введение профессионального уклона в общеобразовательных школах.

В литературе периода перестройки не получили освещения следующие вопросы: школьная форма, методы поддержания дисциплины на уроках, наглядные пособия и учебники советской школы 20–30 –х гг. ХХ века, меры дисциплинарного взыскания по отношению к ученикам.

Литература:

  1. Беляев, В. И. Из опыта экспериментальных учреждений Наркомпроса / В. И. Беляев // Советская педагогика. — 1988. — № 1. — С.109–114.
  2. Вендровская, Р. Б. Воспитание в процессе обучения: теория и практика 20-х годов / Р. Б. Вендровская // Советская педагогика. — 1988. — № 4. — С.113–117.
  3. Веселов, Д. Р. Великий Октябрь и становление народного образования \ Д. Р. Веселов. — М.: Знание, 1987. — 64 с.
  4. Клицаков, И. А. Общественно — политическая деятельность советского учительства (1917–1937 гг.) / И. А. Клицаков // Советская педагогика. — 1988. — № 9. — С.91–96.
  5. Клицаков, И. А. Материальное и правовое положение учительства (1917–1937 гг.) / И. А. Клицаков // Советская педагогика. — 1990. — № 1. — С.103–108.
  6. Меньшикова, E.A. «Школа жизни» Н. И. Поповой. Из истории народного образования Москвы начала 20-х годов / Е. А. Меньшикова // Начальная школа. — 1990. — № 2. — С.79–84.
  7. Моносзон, Э. И. Становление и развитие советской педагогики, 1917–1987: книга для учителя / Э. И. Моносзон. — М.: Просвещение, 1987. — 220 с.
  8. Нанивская, В. Т. Анатомия репрессированного сознания: как создавали отечественную школу / В. Т. Нанивская //Вопросы философии. — 1990. — № 5. — C. 47–60.
  9. Очерки истории педагогической науки в СССР (1917–1980) / [М. Н. Колмакова, Л. С. Геллерштейн, З. И. Равкин и др.]; Под ред. Н. П. Кузина, М. Н. Колмаковой; АПН СССР, НИИ общ. педагогики. — Москва: Педагогика, 1986. — 284 с.
  10. Плясовских, В. С. Политика КПСС в области народного образования: Опыт разраб. и реализации / В. С. Плясовских. — М.: Мысль, 1987. — 221 с.
  11. Равкин, З. И. Творцы и новаторы школы, рожденной Октябрем: Кн. для учителя / З. И. Равкин. — М.: Просвещение, 1990. — 207 с.
  12. Равкин, З. И. Мифы и реалии в истории отечественной школы / З. И. Равкин // Советская педагогика. — 1991. — № 10. — С.110–117.
  13. Ревякина, В. И. Опыт дифференциации обучения в школе 20-х гг. /В. И. Ревякина // Советская педагогика. — 1991. — № 11. — С.87–92.
  14. Тютин, А. А. Советская инспекция школ — в начале пути (1917–1930) /А. А. Тютин // Советская педагогика. — 1988. — № 11. — С.100–105.
  15. Худоминский, П. В. Развитие системы повышения квалификации педагогических кадров советской общеобразовательной школы (1917–1981 гг.) / П. В. Худоминский. — М.: Педагогика, 1986. — 182 с.
  16. Файнберг, Р. 20-е г.: возникновение и закат школьных кооперативов /Р. Файнберг // Воспитание школьников. — 1990. — № 6. — С.21–23.

Ключевые слова

методы обучения, дифференцированное обучение, народное образование, кадровый вопрос, школьная реформа, советская школа, исследовательский метод, школьные кооперативы, профессиональный уклон