Правовая природа согласия на сделку | Статья в журнале «Молодой ученый»

Отправьте статью сегодня! Журнал выйдет 11 декабря, печатный экземпляр отправим 15 декабря.

Опубликовать статью в журнале

Автор:

Рубрика: Юриспруденция

Опубликовано в Молодой учёный №51 (341) декабрь 2020 г.

Дата публикации: 22.12.2020

Статья просмотрена: 376 раз

Библиографическое описание:

Карпенко, С. Л. Правовая природа согласия на сделку / С. Л. Карпенко. — Текст : непосредственный // Молодой ученый. — 2020. — № 51 (341). — С. 220-223. — URL: https://moluch.ru/archive/341/76802/ (дата обращения: 29.11.2021).



В статье рассмотрена правовая природа согласия на сделку, рассмотрены подходы к классификации согласий на сделку.

Ключевые слова: сделка, согласие на сделку, третьи лица.

The article considers the legal nature of consent to a transaction, and considers approaches to the classification of consent to a transaction.

Keyword: transaction, consent to the transaction, third parties.

Согласие на сделку — это законное, одностороннее волеизъявление субъекта, которое приводит к гражданско-правовым последствиям в форме создания требуемых условий для действительности конкретной сделки.

Правовая природа согласия на заключение договора до настоящего времени представляет известную проблему. Прежде всего: является ли само согласие соответствующих лиц на совершение сделки также сделкой. Так, А. Е. Тарасова пишет, что согласие законных представителей является существенной предпосылкой действительности сделок, заключаемых несовершеннолетними в возрасте от 14 до 18 лет, но их согласие является вторичным, дополнительным действием по отношению к действию ребенка [10, С. 117]. По мнению автора, согласие родителей, усыновителей, попечителя является юридическим фактом, которому законом придается соответствующее правовое значение, т. е. согласие не является сделкой.

Похожую позицию по данному вопросу занимает В. А. Хохлов, утверждающий, что согласие следует оценивать как особый юридический факт, но не сделку [11, С. 92]. Д. И. Мейер также полагал, что согласие в качестве разновидности юридического действия имеет особое значение и не относится к группе сделок [8, С. 193].

Л. Г. Кузнецова, напротив, относила согласие законных представителей на совершение сделки несовершеннолетним лицом к сделкам, поскольку они тем самым содействуют несовершеннолетнему в совершении сделки [7, С. 43].

Представляется, что и содержание ст. 157 1 и 173 1 ГК РФ не дает оснований для квалификации согласия в качестве сделки [1]. Итак, на основании пункта 2 статьи 157 ГК РФ 1 если на осуществление сделки по закону нужно иметь согласие третьего лица, государственного органа, юридического лица или местного органа власти, то о своем согласии или об отказе в нем — третье лицо или соответствующий орган сообщает лицу, которое запрашивает согласие. Такой ответ нужно дать в разумные сроки после получения обращения. Из смысла указанной нормы права видно, что речь идет о согласии третьего лица, не являющегося стороной сделки и потому не приобретающего никаких прав и обязанностей по сделке. Это своего рода позиция стороннего наблюдателя, контролера, которыми, по сути, и являются законные представители несовершеннолетних лиц, восполняющие лишь недостаточность их жизненного опыта, чтобы самим уяснить все аспекты будущей сделки. Тем более что несовершеннолетние в возрасте от 14 до 18 лет самостоятельно несут имущественную ответственность по совершенным ими сделкам (ст. 26 ГК РФ), и об этом обстоятельстве законные представители должны особо предупредить несовершеннолетнего. Кроме того, конструирование согласия на совершение сделки в качестве сделки может только осложнить гражданский оборот, поскольку при совершении сделки несовершеннолетним по уменьшению своего имущества потребуется согласие уже органа опеки и попечительства. В результате родителям, прежде чем дать согласие ребенку, необходимо получить на это согласие органа опеки и попечительства (ст. 37 ГК РФ), и таким образом получится согласие на согласие.

То, что согласие и законных представителей, и других лиц является лишь условием действительности будущей сделки, доказывает факт необязательности совершения будущей сделки. Несмотря на получение согласия законных представителей, несовершеннолетний ребенок может просто передумать, отказаться от совершения сделки. Точно так же, как и плательщик ренты, получив согласие получателя ренты на отчуждение недвижимого имущества (ст. 604 ГК РФ), может отказаться от заключения соответствующего договора, например в связи с изменением ситуации на рынке недвижимости. Важно в данном случае иметь в виду следующее: даже получив необходимое согласие на совершение сделки, соответствующий субъект отнюдь не обязан совершить ту сделку, на которую было выдано согласие, и никаких претензий к нему лицо, предоставившее согласие, предъявить не вправе, как и то, что это лицо так и остается за пределами сделки и никаких прав и обязанностей по сделке не приобретает.

Поэтому сделка, совершенная без согласия законных представителей, получателя ренты и др., по общему правилу является оспоримой (ст. 173 1 ГК РФ [1]), поскольку отсутствует условие действительности сделки — согласие соответствующих лиц. Признать ее недействительной возможно только в случае, когда будет доказано, что другая сторона сделки действовала недобросовестно, т. е. знала или должна была знать об отсутствии на момент совершения сделки необходимого согласия. Таким образом, здесь более важным фактором для признания сделки недействительной является не то, что согласие не было предоставлено, а недобросовестность другой стороны сделки, поскольку согласно п. 4 ст. 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего недобросовестного поведения.

Таким образом, никаких оснований для квалификации согласия в качестве сделки из смысла ст. 157 1 и 173 1 ГК РФ не усматривается, кроме того? что указанные нормы права размещены законодателем в гл. 9 «Сделки» ГК РФ. Но это размещение еще ни о чем не говорит. В связи с этим достаточно указать, например, на ст. 406 1 «Возмещение потерь, возникших в случае наступления определенных в договоре обстоятельств» ГК РФ, которая размещена в гл. 25 «Ответственность за нарушение обязательств» ГК РФ, хотя никакого отношения данная норма к ответственности не имеет, поскольку в силу прямого указания в законе возмещение потерь в данном случае не связывается с нарушением договорного обязательства соответствующей стороной.

В литературе проблему сложноструктурных сделок в российском гражданском праве достаточно подробно исследовал Д. Е. Богданов и обосновал вывод об их существовании [6, С. 39].

Представляется, что с позиции сложноструктурной модели сделки попытался объяснить природу согласия на совершение сделки В. К. Андреев. В частности, автор пишет, что «согласие на совершение сделки следует рассматривать как часть сделки, на совершение которой требуется согласие третьего лица, органа юридического лица или государственного органа либо органа местного самоуправления»... Однако в отношении правовой природы согласия автор тут же утверждает, что «оно непосредственно не порождает права и обязанности у сторон будущей сделки, тем более у лица, которое дает согласие на совершение сделки». И в итоге делает вывод, что «согласие на совершение сделки само по себе не является сделкой» [5, С. 67].

Однако проблема в том и заключается, что все составные части (элементы) сложноструктурной сделки сами являются сделками. Например, смешанный договор, содержащий элементы договоров подряда и аренды, представляет собой в целом сложноструктурную сделку. Но в смешанном договоре и аренда, и подряд бесспорно являются сделками. Поэтому с позиции конструкции сложноструктурной сделки объяснить природу согласия невозможно. Этим и объясняется противоречивость позиции В. К. Андреева, который вначале включил согласие в состав будущей сделки, а потом от этого отказался, заявив, что само по себе согласие сделкой не является.

Вопрос о том, возможно ли отнесение согласия к сделкам, следует решать в зависимости от того, соответствует или нет указанная категория понятию «сделка». На основании статьи 153 ГК РФ, в качестве сделки признаются действия физических и юридических лиц, которые направлены на установление, изменение, прекращение гражданских обязанностей и прав. Целью сделки является то, что человек стремится достигнуть, удовлетворить какие-либо свои потребности. Без этого сделка невозможна, поскольку она не может быть совершена только ради самой себя. Если у лица, дающего другому лицу согласие на совершение сделки, нет своей цели, мотивов, то нет и намерений приобрести какие-либо права и обязанности для себя по будущей сделке, а значит, согласие на совершение сделки не может быть признано в качестве таковой.

Говоря о видах согласия на совершение сделки, во-первых, необходимо выделить основание классификации. Самым очевидным критерием является, несомненно, тот субъект, который дает свое согласие. Субъектный состав согласия также предопределяет и правовую природу согласия на совершение сделки.

Взяв в качестве основания классификации субъекта согласия, а также его правовую природу, можно выделить следующие виды согласия на совершение сделки:

  1. согласие третьих лиц (физических или юридических), которое является односторонней сделкой;
  2. согласие органов государственной власти (местного самоуправления), имеющее природу административного акта;
  3. согласие органа юридического лица, которое не является, по сути, самостоятельным правовым явлением, а служит элементом формирования воли стороны одобряемой сделки;
  4. согласие, вынесенное в результате решения собрания (не органа юридического лица), как самостоятельный юридический факт, предусмотренный ст. 8 ГК РФ [1].

Стоит отметить, что перечень органов (государственных, местного самоуправления), согласие которых необходимо для совершения сделок, весьма широк. Вот лишь некоторые примеры: Федеральная антимонопольная служба, органы опеки и попечительства, органы-учредители государственных или муниципальных унитарных предприятий, учреждений, а также многие другие.

Учитывая специфику правовой природы подобного согласия на совершение сделки, необходимо выделить и другие особенности этого вида.

Если следовать положениям пунктов 1, 2 статьи 125 ГК РФ, то от имени публично-правовых образований выступают собственно государственные органы власти или местные органы самоуправления. Государство, а также прочие публично-правовые образования (у нас это РФ, субъекты Федерации, местные органы самоуправления) не только исполняют закрепленные за ними полномочия власти, но и активно принимают участие в гражданском обороте. Данная раздвоенность требуется для их функционирования, для поддержки правового, экономического порядка в обществе [9, С. 259].

Таким образом, с точки зрения гражданско-правового оборота, согласие в подобных случаях дается не органом, а опосредованно через него самим публично-правовым образованием. То есть органы власти выступают в роли транслятора воли публично-правового образования, которая формируется и реализуется в порядке, установленном в нормативно-правовых актах. В таком случае, в ст. 157.1 и ст. 173.1 ГК РФ [1], считаем более уместным вести речь о согласии публично-правового образования, а не «государственного органа или органа местного самоуправления». Однако, подобная конструкция была бы излишней, поскольку согласие публично-правовых образований охватывалось бы категорией третьих лиц, что еще раз указывает на некорректную попытку законодателя объединить под «крышей» единой нормы совершенно различные явления.

Говоря о согласии органов (государственных или местного самоуправления) на совершении сделки следует вести речь скорее не о согласии, а о «разрешении». Учитывая публично-правовую природу и цели деятельности таких образований, их субординационное начало, именно рассмотрение согласия как властного разрешения, продиктованного публичными интересами, кажется наиболее верным подходом.

Отметим, что этот подход закрепляется в некоторых законодательных актах. Предположим, статья 21 ФЗ от 24 апреля 2008 года № 48 «Об опеке и попечительстве» [2]. Согласно ней опекун, без получения разрешения органа попечительства и опеки не имеет права совершать (в свою очередь, попечитель не имеет права давать согласия на совершение сделок) сделки по сдаче имущества подопечного внаем, в безвозмездное пользование или аренду; на совершение сделок, которые влекут за собой отказ от принадлежащих подопечному прав. Предварительное разрешение органа попечительства и опеки нужно также в прочих случаях, если действия попечителя или опекуна могут привести к снижению стоимости имущества подопечного лица [2].

Следующий критерий классификации видов согласия на совершение сделки — это соотношение времени совершения сделки и времени дачи согласия. Так, возможно выделить два вида согласия — это предварительное и последующее.

Подобная классификация существовала в законодательстве, научной литературе среди ученых-цивилистов, а также в судебной практике еще задолго до закрепления положений о согласии в ГК РФ [1]. Признавалось в частности, что в отношении некоторых сделок одобрение или согласие третьего лица может быть дано как до, так и после совершения сделки. Одобрение сделки (последующее согласие) приводило в некоторых случаях к оздоровлению сделки, например в случае совершения сделки с превышением полномочий. Подобная сделка признавалась совершенной в интересах и от имени представляемого лица. Этот подход не был единственным, часто такие сделки признавались недействительными [4].

В соответствии с п. 3 ст. 157.1 ГК РФ, момент совершения согласия не может быть установлен произвольно соглашением сторон. Этот момент должен быть указан в законодательстве. Если же он не определен на законодательном уровне (например, как в ст. 83 ФЗ «Об акционерных обществах» [3, С. 1]), применяется общая норм ст. 157.1 ГК РФ, согласно которой согласие может быть предварительным и последующим.

Иногда законодатель прямо закрепляет необходимость получения предварительного согласия, как это сделано в п. 2 ст. 37 ГК РФ, согласно которому, «... опекун не вправе без предварительного разрешения органа опеки и попечительства совершать, а попечитель — давать согласие на совершение сделок по отчуждению»...

В то же время, в отношении сделок, совершенных несовершеннолетними в возрасте от четырнадцати до восемнадцати лет, законодатель прямо закрепил возможность их совершения, как с предварительного согласия, так и с последующим одобрением законными представителями, что прямо закреплено в п. 1 ст. 26 ГК РФ.

Поскольку ст. 157.1 ГК РФ является общей, в ней содержаться весьма скупые нормы, регулирующие согласие в целом, содержание предварительного и последующего согласия в частности. Согласно третьему пункту этой статьи, предварительное согласие должно содержать указание на предмет сделки, а при последующем одобрении должна быть указана непосредственно та сделка, которую необходимо одобрить [1].

Согласие, которое выступает в качестве одностороннего волеизъявления, приводит к определенным гражданско-правовым последствиям; может проявляться в той или иной правовой форме, в том числе — в форме односторонней сделки, в виде корпоративного акта (предположим, решения собрания); в качестве административного акта органа государства или местного органа власти. Предположим, органы юридического лица, будучи частью юридического лица, дают согласие на совершение сделки, которое по правовой природе считается не сделкой, а только актом органа управления юридического лица, что принимается согласно его компетенции, оформляется согласно установленным требованиям.

Стоит отметить, что в действующем законодательстве не установлены юридические последствия в плане сделки, которая совершается с согласия. В результате сделка признается недействительной. Порядок, согласно которому признается недействительным согласие, определяется на основании правовой формы или вида акта, в которой согласие выражено:

– если имеется в виду односторонняя сделка, то используются нормы о недействительности сделок по главе 9 ГК РФ. Получается, что согласие может признаваться недействительным, например, по причине угрозы, насилия, введения в заблуждение и так далее;

– если рассматривается корпоративный акт управленческого органа юридического лица, например, решение собрания. В таком случае начинают действовать нормы о недействительности решения собраний, определенные в Главе 9.1 ГК РФ, а также в специальных законах о юридических сделках;

– если анализируется административный акт государственной или местной власти, то он оспаривается на основании правил о признании недействительным ненормативного акта соответствующего органа.

Таким образом, было установлено, что сделка, требующая согласия, представляет собой особый вид сделок, включенной в сложный юридический состав, для завершения которого необходимо согласие на ее совершение управомоченного лица, не являющегося стороной заключаемой сделки. Характеристика была дана и самому согласию на сделку. Согласие как действие (одностороннее волеизъявление) занимает свое особое место в системе классификации юридических фактов. Согласие на сделку не признается конститутивным элементом этой сделки, так как лицо, выдающее согласие, стороной сделки не является. Но, действуя в совокупности с иными юридическими фактами, согласие как юридический факт влияет на возникновение юридических последствий и на действительность совершенной сделки.

Литература:

  1. «Гражданский кодекс Российской Федерации (часть первая)» от 30.11.1994 N 51-ФЗ (ред. от 31.07.2020)// «Собрание законодательства РФ», 05.12.1994, N 32, ст. 3301
  2. Федеральный закон от 24.04.2008 N 48-ФЗ (ред. от 01.03.2020) «Об опеке и попечительстве» // «Собрание законодательства РФ», 28.04.2008, N 17, ст. 1755.
  3. Федеральный закон от 26.12.1995 N 208-ФЗ «Об акционерных обществах» (ред. от 31.07.2020) // Собрание законодательства Российской Федерации, 01.01.1996, N 1, ст. 1.
  4. Определение ВАС РФ от 22.04.2009 N 4450/09 по делу N А62–342/2008 Определение ВАС РФ от 21.04.2009 N ВАС-4312/09, Постановление ФАС Центрального округа от 19.02.2009 N Ф10–276/09 по делу N А62–521/2008 [Электронный ресурс]: СПС «КонсультантПлюс». Режим доступа: http://www.consultant.ru.
  5. Андреев В. К. Субъективное гражданское право и иные проявления воли и интереса в деятельности юридических лиц. Журнал российского права. 2018. № 8. С. 58–68.
  6. Богданов Д. Е. Сделки об ответственности в гражданском праве РФ. М., 2007.
  7. Кузнецова Л. Г, Шевченко Я. Н. Гражданско-правовое положение несовершеннолетних. М., 1968.
  8. Мейер Д. И. Русское гражданское право. М., 2000.
  9. Постатейный комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части первой / В. В. Андропов, К. П. Беляев, Б. М. Гонгало, О. А. Рузакова и др.; под ред. П. В. Крашенинникова. М.: Статут, 2011.
  10. Тарасова А. Е. Правосубъектность граждан. Особенности правосубъектности несовершеннолетних, их проявления в гражданских правоотношениях. М., 2008.
  11. Хохлов В. А. Общие положения об обязательствах: учеб. пособие. М., 2015.
Основные термины (генерируются автоматически): ГК РФ, совершение сделки, согласие, сделка, юридическое лицо, будущая сделка, лицо, местное самоуправление, качество сделки, правовая природа согласия.


Ключевые слова

сделка, согласие на сделку, третьи лица
Задать вопрос