Актуальность исследования возможностей и ограничений электронного правосудия в административном судопроизводстве обусловлена масштабной цифровизацией судебной системы в рамках государственных программ, в т. ч. Концепции информационной политики судебной системы на 2020–2030 годы [6] и Концепции развития информатизации судов до 2030 года [7]. Внедрение электронного документооборота, видеоконференцсвязи, аудио- и видеопротоколирования повышает доступность и эффективность правосудия — в частности, за счёт дистанционного взаимодействия участников процесса с судами, что особенно значимо для жителей удалённых регионов. С 1 июля 2025 года такое взаимодействие по делам об административных правонарушениях стало возможным через портал «Госуслуги» и Систему межведомственного электронного взаимодействия (СМЭВ), что закреплено соответствующими нормативными актами Правительства РФ.

Вместе с тем цифровизация порождает ряд проблем: технические сбои, угрозы информационной безопасности (подтверждённые, например, хакерской атакой на ГАС «Правосудие» в 2024 году), риски утечки данных, алгоритмическую предвзятость ИИ и сложности оценки электронных доказательств. Фрагментарность правового регулирования, включая размытость разграничения понятий «электронное правосудие» и «электронный документооборот», создаёт дополнительные риски для реализации права на доступ к правосудию, гарантированного ст. 46 Конституции РФ [1]. Кроме того, цифровое неравенство и разная степень цифровой грамотности участников процесса осложняют соблюдение базовых принципов судопроизводства, закреплённых в ст. 123 Конституции РФ [1] и гл. 1 Кодекса административного судопроизводства РФ (КАС РФ) [2], и защиту прав граждан. Перспективы перехода к «электронным судам», где все процедуры будут осуществляться онлайн, требуют не только технологических решений, но и существенных изменений в законодательстве. Таким образом, изучение обозначенной темы имеет теоретическую и практическую значимость для модернизации судебной системы и повышения качества правосудия в цифровую эпоху.

Электронное правосудие в административном судопроизводстве представляет собой использование информационно-коммуникационных технологий для осуществления процессуальных действий, взаимодействия суда и участников процесса, а также повышения эффективности и доступности правосудия [21]. Внедрение цифровых инструментов открывает новые возможности, но также сопряжено с рядом ограничений и рисков.

Электронное правосудие представляет собой комплекс цифровых инструментов, обеспечивающих взаимодействие участников административного судопроизводства с судом посредством электронного документооборота, дистанционного участия в заседаниях (в т. ч. через видеоконференцсвязь и веб-конференции), аудио-и видеопротоколирования, формирования «электронного дела» с управлением информацией и доступом к ней, а также исследования электронных доказательств [21]. Правовая основа применения этих технологий в административном процессе закреплена в Кодексе административного судопроизводства РФ: в частности, ч. 2 ст. 45 КАС РФ гарантирует участникам право направлять документы в суд в электронной форме, а ч. 2 ст. 126 и ч. 5 ст. 353 КАС РФ предусматривают возможность получения судебных актов в электронном виде [15]. Дополнительно порядок электронного взаимодействия регламентируется Федеральным законом от 27.07.2006 № 149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях и о защите информации» (в ред. от 31.07.2023) [3], устанавливающим общие принципы использования информационных систем в государственных органах.

Электронное правосудие существенно повышает доступность, эффективность и прозрачность судопроизводства [21] [22] [14]: благодаря дистанционному взаимодействию участники процесса (в т. ч. жители удалённых регионов) могут подавать документы и участвовать в заседаниях без необходимости физического присутствия в суде. Внедрение электронного документооборота сокращает сроки рассмотрения дел и снижает затраты на печать и доставку документов, а публикация информации о делах и судебных актах в электронном виде усиливает общественный контроль за деятельностью судов в соответствии с принципами открытости правосудия, закреплёнными в Федеральном законе от 22.12.2008 № 262-ФЗ «Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации» [4]. Использование электронных доказательств — документов, записей и данных информационных систем — расширяет возможности доказывания, а автоматизация рутинных процессов посредством специализированных систем документооборота и управления делами позволяет снизить нагрузку на судебный аппарат.

Электронное правосудие сопряжено с рядом существенных ограничений и рисков, способных повлиять на законность и эффективность судопроизводства. Технические уязвимости — сбои в работе систем, обрывы связи и кибератаки — могут нарушить ход процесса, как это произошло в случае, рассмотренном в Определении Верховного Суда РФ от 15 февраля 2022 г. № 74-КГ21–8-К9, когда из-за отключения оборудования для видео-конференц-связи истец лишился возможности изложить свою позицию [8].

Показательным примером проблем идентификации и аутентификации является решение ВС РФ от 11 сентября 2017 г. № АКПИ17–581, в котором судебная коллегия признала недопустимым доказательство, представленное через систему электронного правосудия, из-за отсутствия подтверждения личности отправителя, и указала, что нарушение требований Федерального закона от 06.04.2011 № 63-ФЗ «Об электронной подписи» влечёт невозможность установления подлинности документа [9].

Цифровое неравенство также выступает значимым барьером: ограниченный доступ к интернету и недостаточная цифровая грамотность части граждан затрудняют их полноценное участие в электронном судопроизводстве [21]. Например, определение Пятого кассационного СОЮ по делу № 88–2932/2023. В этом споре заявитель своевременно подал апелляционную жалобу в электронном виде, но из-за сбоя в системе документ не поступил. Суд восстановил пропущенный срок, приняв во внимание незначительный пропуск — всего четыре дня [10].

Правовая неопределённость, в частности отсутствие чётких критериев признания электронной почты каналом официальной коммуникации и подтверждения факта получения электронных сообщений, создаёт дополнительные риски для реализации процессуальных прав [21].

Применение искусственного интеллекта для автоматизации отдельных задач, например, подготовки проектов документов, хотя и обсуждается, но вызывает этические и юридические опасения: полная замена судей «цифровыми аналогами» ставит под вопрос соблюдение принципов справедливости, поскольку ИИ не способен учитывать контекстные и психологические нюансы, критически важные для принятия взвешенного решения [18]. Например, суд отклонил обзор рынка услуг, подготовленный нейросетью, указав, что такой обзор носит информативный характер и не является допустимым доказательством (постановление Девятого ААС от 27.01.2026 по делу № А40–251278/2022) [11].

Кроме того, технические неполадки могут провоцировать риск «цифровой волокиты», когда недобросовестные участники намеренно затягивают процесс. Например, в постановлении АС Дальневосточного округа от 25 января 2023 года по делу № А04–6166/2016 суд отказал в отложении, так как сторона документально не подтвердила наличие технических неполадок, а подключиться к веб-конференции можно было посредством любого устройства с доступом к интернету [12].

Наконец, консервативность правосознания среди судей и иных участников судопроизводства формирует культурный и психологический барьер, порождающий скептическое отношение к дистанционным форматам взаимодействия [15]. Например, гражданское дело № 2–2930/2023 по иску Мимикина Виктора Олеговича к Ткачеву Евгению Ивановичу и ООО «ЯММИ ДО» о взыскании денежных средств, в котором суд установил, что на дату и время судебного разбирательства в Бутырском районном суде города Москвы отсутствовала техническая возможность осуществления видеоконференцсвязи с судами, расположенными в городе Ижевске. Согласно ст. 155.1 ГПК РФ, возможность участия в судебном заседании через видеоконференцсвязь является правом, а не обязанностью суда. Суд определил, что ходатайство подлежит отклонению из-за отсутствия технической возможности [13].

Для минимизации рисков и повышения эффективности электронного правосудия требуется комплексный подход, предусматривающий совершенствование технического и программного обеспечения судов с обеспечением их равномерной оснащённости [16] [18] [19]. Одновременно необходимо развивать нормативно-правовую базу, в т. ч. закреплять правовой режим цифровых платформ — таких как суперсервис «Правосудие онлайн», — и чётко регламентировать процедуры работы с электронными доказательствами, использования видеоконференцсвязи и идентификации участников процесса в соответствии с положениями КАС РФ и Федерального закона № 149-ФЗ. Не менее важно повышать уровень цифровой грамотности как судейского корпуса, так и иных участников судопроизводства, а также разрабатывать этически и юридически обоснованные стандарты применения искусственного интеллекта в судебной практике с учётом требований Федерального закона от 24.04.2020 № 123-ФЗ «О проведении эксперимента по установлению специального регулирования в целях создания необходимых условий для разработки и внедрения технологий искусственного интеллекта в субъекте Российской Федерации — городе федерального значения Москве» и внесении изменений в статьи 6 и 7 Федерального закона «Об информации, информационных технологиях и о защите информации» [5].

Таким образом, внедрение электронного правосудия в административном судопроизводстве — закономерный этап модернизации судебной системы в условиях цифровой трансформации общества. Для дальнейшего развития электронного правосудия необходим комплексный подход, сочетающий совершенствование технической инфраструктуры и равномерную оснащённость судов, развитие нормативно‑правовой базы, включая регламентацию работы цифровых платформ (например, суперсервиса «Правосудие онлайн») и процедур использования электронных доказательств, повышение цифровой грамотности судей и участников процесса, разработку этически и юридически обоснованных стандартов применения ИИ.

Следовательно, электронное правосудие обладает значительным потенциалом для оптимизации административного судопроизводства, но его реализация требует сбалансированного учёта технологических, правовых и социокультурных факторов. Последовательное решение выявленных проблем позволит обеспечить не только эффективность, но и справедливость правосудия в цифровую эпоху, гарантируя защиту

Литература:

1. Конституция Российской Федерации: принята всенародным голосованием 12.12.1993 с изменениями, одобренными в ходе общероссийского голосования 01.07.2020 [Электронный ресурс]. — URL: http://www.pravo.gov.ru (дата обращения: 22.05.2026).
2. Кодекс административного судопроизводства Российской Федерации от 08.03.2015 № 21-ФЗ (ред. от 09.04.2026) // Собрание законодательства РФ. — 2015. — № 10. — Ст. 1391.
3. Об информации, информационных технологиях и о защите информации: Федеральный закон от 27.07.2006 № 149‑ФЗ (ред. от 29.12.2025) // Собрание законодательства РФ. — 2006. — № 31 (ч. 1). — Ст. 3448.
4. Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации: Федеральный закон от 22.12.2008 № 262‑ФЗ (ред. от 14.07.2022) (с изм. и доп., вступ. в силу с 01.01.2023) // Собрание законодательства РФ. — 2008. — № 52 (ч. 1). — Ст. 6217.
5. О проведении эксперимента по установлению специального регулирования в целях создания необходимых условий для разработки и внедрения технологий искусственного интеллекта в субъекте Российской Федерации — городе федерального значения Москве, об особенностях обработки персональных данных при формировании региональных составов данных и предоставления доступа к региональным составам данных и внесении изменений в статьи 6 и 10 Федерального закона «О персональных данных»: Федеральный закон от 24.04.2020 № 123-ФЗ (ред. от 08.08.2024) [Электронный ресурс]. — URL: http://www.pravo.gov.ru (дата обращения: 22.05.2026).
6. Концепция информационной политики судебной системы на 2020–2030 годы: одобрена Советом судей РФ 05.12.2019 [Электронный ресурс]. — URL: http://www.ssrf.ru (дата обращения: 22.05.2026).
7. Концепция информатизации судов и системы Судебного департамента до 2030 года: утверждена постановлением Президиума Совета судей РФ от 02.12.2019 № 785 [Электронный ресурс]. — URL: https://base.garant.ru/ (дата обращения: 22.05.2026).
8. О возмещении ущерба, причинённого неправомерными действиями должностных лиц: Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 15.02.2022 № 74-КГ21–8-К9 (УИД 14RS0035–01–2020–017872–20) [Электронный ресурс]. — URL: https://www.consultant.ru (дата обращения: 22.05.2026).
9. Об отказе в удовлетворении заявления о признании недействующим Приказа Судебного департамента при Верховном Суде РФ от 27.12.2016 № 251 «Об утверждении Порядка подачи в федеральные суды общей юрисдикции документов в электронном виде, в том числе в форме электронного документа» и пунктов 3.1.3, 3.2.4, подпункта 11 пункта 4.5 утверждённого им Порядка: Решение Верховного Суда РФ от 11.09.2017 № АКПИ17‑581 // Бюллетень Верховного Суда РФ. — 2018. — № 11. — (извлечение).
10. Определение Пятого кассационного суда общей юрисдикции от 28.03.2023 № 88–2932/2023 (УИД 09RS0001–01–2022–000243–61) [Электронный ресурс]. — URL: https://www.consultant.ru (дата обращения: 22.05.2026).
11. Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 09.02.2026 № 09АП-64279/2025 по делу № А40–251278/2022 [Электронный ресурс]. — URL: https://www.consultant.ru (дата обращения: 22.05.2026).
12. Постановление Арбитражного суда Дальневосточного округа от 25.01.2023 № Ф03–43/2023 по делу № А04–6166/2016 [Электронный ресурс]. — URL https://www.consultant.ru (дата обращения: 22.05.2026).
13. Гражданское дело № 2‑2930/2023 по иску Мимикина Виктора Олеговича к Ткачеву Евгению Ивановичу и ООО «ЯММИ ДО» о взыскании денежных средств [Электронный ресурс]. — URL: https://www. mos-gorsud.ru (дата обращения: 22.05.2026).
14. Айбатулина, А. К. Цифровизация административного судопроизводства: новые возможности и потенциальные риски / А. К. Айбатулина // Право и практика. — 2025. — № 3. — С. 35–40.
15. Резаева, А. А. Электронное правосудие: новые процессуальные риски и гарантии / А. А. Резаева, М. Ю. Лебедев // Вестник науки. — 2026. — Т. 3, № 5 (98). — С. 706–712.
16. Романовская, О. В. Правовой режим цифровой юстиции: проблемы и перспективы / О. В. Романовская, Е. А. Романовская // Электронный научный журнал «Наука. Общество. Право». — 2024. — № 1 (45). — С. 21–31.
17. Ерёменко, А. К. Электронное правосудие: проблемы и перспективы развития / А. К. Ерёменко // Вопросы российской юстиции. — 2023. — № 29. — С. 74–84.
18. Морозова, Г. А. Цифровые технологии в административном судопроизводстве / Г. А. Морозова, Э. Х. Губайдуллина // Международный журнал гуманитарных и естественных наук. — 2020. — № 4–2. — С. 188–192.
19. Борисова, Л. В. Электронное правосудие как форма судебной защиты в России / Л. В. Борисова // Актуальные проблемы российского права. — 2020. — № 6 (115). — С. 105–111.
20. Захаров, Г. Н. Цифровизация судопроизводства: иллюзии и реальность / Г. Н. Захаров // Вестник ТвГУ. Серия: Право. — 2025. — № 2 (82). — С. 202–209.
21. Иншакова, Е. Г. «Электронное правосудие» и Кодекс административного судопроизводства: концептуальное изменение способов взаимодействия суда и сторон / Е. Г. Иншакова // Журнал административного судопроизводства. — 2016. — № 1. — С. 79–81.
22. Ючмарова Я. Э. Электронное правосудие в Российской Федерации: проблемы и перспективы развития / Я. Э. Ючмарова, П. В. Шумов // Электронный научный журнал «Дневник науки». — 2020. — № 6.