Глобальная цифровая трансформация предопределила становление электронной торговли как одного из ключевых секторов мировой и национальной экономики. В России, несмотря на определенное отставание от лидеров мирового рынка, этот сектор демонстрирует устойчивый рост, чему способствует экспансия интернет-пользователей, развитие логистической инфраструктуры и изменение потребительских привычек [1, с. 110]. Однако динамичное развитие экономических отношений в сети Интернет, сопровождающееся появлением новых форм и моделей взаимодействия, неизбежно опережает эволюцию правового поля. Как отмечается в исследованиях, недостаточное развитие законодательной и нормативной базы порождает проблемы защиты интеллектуальной собственности, договорного и финансового характера, что, в свою очередь, снижает доверие покупателей и инвесторов. В этом контексте институт электронной подписи (ЭП), правовое регулирование которого установлено Федеральным законом от 06.04.2011 № 63-ФЗ, выступает краеугольным камнем, обеспечивающим юридическую значимость, безопасность и доказательственную силу действий в цифровой среде. Целью настоящей статьи является анализ текущего состояния правового регулирования электронной торговли и электронной подписи в их системной взаимосвязи, выявление ключевых проблемных зон и формирование выводов о путях совершенствования законодательства для устойчивого развития цифровой экономики России.

1. Электронная торговля: мозаика правового регулирования и его системные изъяны.

В отличие от многих зарубежных юрисдикций, в России отсутствует единый системообразующий закон, комплексно регулирующий отношения в сфере электронной торговли. Действующая правовая база представляет собой сложную, разрозненную конструкцию, составленную из норм различных отраслей права.

1. Гражданско-правовой фундамент. Общие основания для осуществления электронной торговли заложены в Гражданском кодексе Российской Федерации (ГК РФ). Статья 434 ГК РФ допускает заключение договора в письменной форме путем обмена электронными документами, а статья 160 ГК РФ приравнивает электронную подпись к собственноручной при соблюдении условий, установленных законом или соглашением сторон. Эти нормы создают принципиальную возможность для ведения электронного бизнеса, но носят общий, диспозитивный характер [2, с. 121].
2. Специальное потребительское законодательство. Базовые гарантии для потребителей при дистанционной торговле установлены Законом РФ «О защите прав потребителей» и Правилами продажи товаров дистанционным способом. Они закрепляют право на получение полной информации о товаре и продавце, «период охлаждения» (право на отказ от товара в течение 7 дней), а также особенности ответственности продавца. Однако эффективность этих норм на практике зачастую нивелируется сложностями с идентификацией контрагента и доказыванием факта нарушения.
3. Регулирование смежных областей. Операции электронной торговли тесно связаны с вопросами оплаты, защиты данных и информационной безопасности, которые регулируются профильными законами: Федеральным законом «О национальной платежной системе» (№ 161-ФЗ), Федеральным законом «О персональных данных» (№ 152-ФЗ) и Федеральным законом «Об информации, информационных технологиях и о защите информации» (№ 149-ФЗ).

Подобная фрагментарность порождает ряд системных проблем, сдерживающих развитие рынка:

1. Правовая неопределенность. Отсутствие легальных дефиниций ключевых понятий («электронная торговля», «онлайн-площадка», «агрегатор») приводит к разночтениям в правоприменительной практике. Неясен правовой статус и мера ответственности операторов маркетплейсов, которые зачастую выступают не просто техническими посредниками, а активными организаторами торгового оборота [3, с. 208]. Эта проблема отчасти решается новым законом о маркетплейсах (вступает в силу с 16 октября 2025 года), который возлагает на них ответственность за качество товара и соблюдение прав потребителей наряду с продавцами. Однако эффективность данной нормы еще предстоит оценить.
2. Уязвимость прав потребителей. Несмотря на наличие специальных норм, потребитель в цифровой среде остается наиболее уязвимым звеном. Проблемы связаны со сложностью идентификации реального продавца (особенно на зарубежных и трансграничных площадках), предоставлением недостоверной информации, неисполнением обязательств по доставке и возврату средств. Отсутствие удобных и обязательных механизмов досудебного разрешения споров (например, через институт онлайн-омбудсмена) вынуждает потребителей обращаться в суд, что является затратным и длительным процессом.
3. Вызовы трансграничной торговли. Трансграничная электронная торговля создает серьезные проблемы для налогового и таможенного регулирования. До недавнего времени зарубежные интернет-магазины имели необоснованное конкурентное преимущество за счет возможности не уплачивать налог на добавленную стоимость (НДС) при ввозе товаров в малых порциях для личного пользования. Минфин России в октябре 2025 года вынес на общественное обсуждение законопроект, направленный на налогообложение таких операций, что является важным шагом к созданию равных условий конкуренции. Однако реализация этого проекта потребует выстраивания сложного механизма администрирования, а его вступление в силу ожидается не ранее 2027 года.

Таким образом, несмотря на отдельные прогрессивные законодательные инициативы, регулирование электронной торговли остается реактивным и несистемным. Насущной необходимостью является разработка и принятие базового федерального закона «Об электронной торговле (электронной коммерции)», который консолидировал бы ключевые принципы, дал четкие определения, установил права и обязанности всех субъектов и создал эффективные процедуры защиты прав.

2. Электронная подпись: структурированный фундамент цифрового доверия.

Если регулирование электронной торговли в целом характеризуется хаотичностью, то в сфере электронной подписи Россия обладает одной из наиболее развитых и структурированных законодательных систем. Федеральный закон № 63-ФЗ «Об электронной подписи» заложил прочную правовую основу для использования ЭП при совершении гражданско-правовых сделок, оказании государственных и муниципальных услуг и совершении иных юридически значимых действий.

Закон № 63-ФЗ является «живым» актом, постоянно адаптирующимся к новым требованиям. Так, с 1 сентября 2024 года в рамках мер по повышению безопасности внедряется модель использования машиночитаемой доверенности (МЧД). Вместо сертификатов, где указывались данные и сотрудника, и организации, теперь используются сертификаты КЭП физического лица в сочетании с МЧД — электронным документом, подписанным КЭП руководителя и подтверждающим полномочия сотрудника. Это позволяет четче разграничивать ответственность и упрощает управление доступом внутри компании [4, с. 16].

В контексте электронной торговли ЭП выполняет несколько критически важных функций:

1. Идентификация и аутентификация. Гарантирует, что действия в системе (заключение договора, подтверждение оплаты) совершены конкретным лицом.
2. Установление и фиксация воли. Приравнивание электронного документа к письменной форме позволяет достоверно устанавливать факт и момент заключения сделки.
3. Обеспечение целостности и неотрекаемости. Криптографические механизмы усиленных ЭП гарантируют, что содержание документа не было изменено после подписания, а подписант не может отказаться от своего действия.
4. Доказательственная сила. Документ, подписанный квалифицированной ЭП, обладает полной юридической силой в суде и не требует дополнительных процедур по установлению его подлинности, что кардинально упрощает разрешение потенциальных споров [5, с. 164].

Таким образом, институт электронной подписи, несмотря на его техническую сложность, выступает надежным и постоянно совершенствуемым гарантом легитимности и безопасности всего электронного коммерческого оборота.

Проведенный анализ позволяет сформулировать основные направления совершенствования правового регулирования для гармоничного развития цифровой торговли в России.

Принятие комплексного закона об электронной торговле позволит преодолеть фрагментарность. Новый закон должен стать смысловым центром, который: даст однозначные легальные определения всем ключевым субъектам и процессам, установит дифференцированные правила и ответственность для различных моделей онлайн-торговли (сайт-витрина, маркетплейс, агрегатор услуг), закрепит усиленные гарантии для потребителей, включая прозрачные процедуры информирования, возврата и претензионного порядка, интегрирует нормы о трансграничной торговле, гармонизированные с международными стандартами и решениями ЕАЭС.

Для интеграции в глобальную цифровую экономику необходимо активное участие в разработке международных соглашений о взаимном признании электронных подписей и электронных транзакций. Национальное законодательство должно быть гибким для имплементации таких перспективных технологий, как блокчейн и смарт-контракты, возможно, через создание «регулятивных песочниц».

Развитие правового поля должно сопровождаться системной государственной и общественной работой по повышению осведомленности граждан и предпринимателей о правилах безопасного поведения в сети, рисках и механизмах защиты. Параллельно необходимо ужесточать требования к аккредитации удостоверяющих центров и средствам криптографической защиты информации для предотвращения мошенничества и утечек данных.

Литература:

1. Ержанова, С. Развитие электронной коммерции и рейтинг интернет-магазинов розничной торговли / С. Ержанова, Б. Джазыкбаева, Л. К. Смаилова. — Текст: непосредственный // Вопросы устойчивого развития общества. — 2021. — № 2. — С. 110–118.

2. Балкизов, А. Х. Электронный договор и электронная подпись: современные аспекты и перспективы / А. Х. Балкизов, А. В. Свищёв. — Текст: непосредственный // Моя профессиональная карьера. — 2023. — № 54. — С. 121–128.

3. Устюжанина, В. О. Проблема определения электронной торговли — консолидация законодательства и мировые процессы / В. О. Устюжанина. — Текст: непосредственный // Евразийский юридический журнал. — 2022. — № 9. — С. 208–209.

4. Федеральный закон от 03.06.2009 г. № 103-ФЗ «О деятельности по приему платежей физических лиц, осуществляемой платёжными агентами». — Текст: электронный // КонсультантПлюс: [сайт]. — URL: https://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_88274/ (дата обращения: 25.12.2025).

5. Федеральный закон от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд». — Текст: электронный // КонсультантПлюс: [сайт]. — URL: https://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_144624/ (дата обращения: 25.12.2025).