The article provides a critical analysis of the structure of administrative offenses provided for in Chapter 18 of the Code of Administrative Offenses of the Russian Federation (hereinafter, the Code of Administrative Offenses of the Russian Federation). The author argues that the current version of Articles 18.8, 18.10 of the Code of Administrative Offenses of the Russian Federation and others, which essentially establishes universal and strict liability (a fine with administrative expulsion) for any violations of the regime, regardless of guilt, circumstances, and social consequences, is in systemic conflict with the fundamental principles of administrative law, such as legality, proportionality, guilty responsibility, and humanism. Based on a comparative legal analysis of foreign experience, the author proposes a conceptual model for reforming the institution of liability.The conclusion is formulated about the need to switch from a punitive paradigm to a balance of control and integration, which can ensure more effective management of processes aimed at reducing conflicts and strengthening social stability.

Keywords: administrative liability, foreign citizens, stateless persons, Code of Administrative Offenses of the Russian Federation, administrative deportation, principle of proportionality, differentiation of penalties, insignificance of the violation, guilt in administrative law, migration law, judicial practice.

Введение

Институт административной ответственности иностранных граждан и лиц без гражданства за нарушения установленного порядка пребывания на территории России, закреплен в главе 18 Кодекса об административных правонарушениях Российской Федерации (далее КоАП РФ)1. На современном этапе указанный институт является краеугольным камнем обеспечения миграционной безопасности. Тем не менее, действующая правовая конструкция, сформированная в духе «жёсткого контроля» 2000-х годов, всё более явно демонстрирует свою нерезультативность и даже правовую дефективность в условиях современности. Юридико-технический недостаток норм статей 18.8, 18.10 КоАП РФ и других заключается в их карательной унифицированности и фактической объективизации ответственности.

Санкции, предусмотренные данными статьями, которые в качестве основного и часто безальтернативного наказания устанавливают штраф с административным выдворением, не устанавливают различий между умышленным систематическим нарушением миграционного законодательства и добросовестным заблуждением, а также между просрочкой уведомления на один день и проживанием без документов в течение года. Образ такой правовой модели не только нарушает фундаментальные принципы права, но и порождает ряд деструктивных практик правоприменения, подрывающих авторитет государства и создающих зоны правового произвола.

Анализ действующей системы ответственности выявляет следующие правовые коллизии и дефекты правоприменения, которые можно представить виде трехуровневой системы.

На первом уровне — конфликт с общеправовыми принципами.

В соответствии со ст. 1.5 КоАП РФ, регламентирующей «презумпцию невиновности»: составы правонарушений сконструированы по модели формальной противоправности.1 Факт нарушения (например, несвоевременная постановка на учет иностранного гражданина) констатируется вне зависимости от того, произошло ли это по его вине (потерявшего уведомление), или по вине принимающей стороны (которая своевременно не подала уведомление) или вследствие ошибки должностного лица. При этом бремя доказывания невиновности ложится иностранного гражданина, что противоречит презумпции невиновности.

Принцип соразмерности (справедливости, ст. 1.3 КоАП РФ): отсутствие градации санкций приводит к непропорциональности наказания1.

Административное выдворение — мера, по своей правовой природе и социальным последствиям сопоставимая с уголовным наказанием в виде выдворения, применяется за малозначительные проступки, что противоречит правовой логике и позициям Европейского суда по правам человека, касающимся права на уважение частной и семейной жизни.

Надо полагать, указанной мерой нарушается принцип гуманизма, жесткая санкция не предоставляет возможности для восстановления нарушенного правопорядка иными, менее репрессивными способами.

Второй уровень представлен таким дефектом правоприменения как дисфункция в деятельности органов МВД и судебной системы.

В правоприменительной практике МВД унифицированная строгость санкции лишает его инструментария для гибкой реакции. Это ведет к двум крайностям: либо к гипертрофированному формализму, когда привлечение к ответственности происходит в любом случае, независимо от обстоятельств, либо к полному произволу. В последнем случае неприменение нормы может восприниматься как «акт милосердия», что создает коррупционные риски.

Отсутствие альтернатив затрудняет деятельность и девальвирует саму идею профилактики правонарушений. Необходимы механизмы, позволяющие учитывать индивидуальные обстоятельства каждого случая, чтобы сохранить баланс между строгостью законов и их справедливым применением.

В судебной практике нередки ситуации, которые нельзя назвать ничем как неудачное стечением обстоятельств, и возникают они не по вине иностранного гражданина. К примеру, многодетный отец на неделю просрочил документы из-за болезни ребенка, судья оказывается перед выбором: либо следовать букве закона и выносить решение, основанное на формальных требованиях, либо искать возможности для оправдания, которые могут быть процессуально уязвимыми. В таких случаях некоторые судьи прибегают к редкому признанию нарушения малозначительным по статье 2.9 Кодекса об административных правонарушениях РФ, что создает нестабильность и неопределенность в практике, либо прибегают к процессуально уязвимой конструкции — поиску процессуальных ошибок в протоколе1.

Это, в свою очередь, приводит к неправовой дифференциации, основанной на субъективных представлениях конкретного судьи, что подрывает доверие к судебной системе в целом. Важно рассмотреть возможные пути решения этой проблемы, такие как реформирование законодательства в направлении большей гибкости при учете смягчающих обстоятельств, а также повышение квалификации судей в вопросах применения норм, направленных на защиту основополагающих прав граждан.

Третий уровень представлен социально-правовыми последствиями.

Универсально-карательный подход к миграции зачастую приводит к тому, что добросовестные мигранты оказываются в уязвимом положении, воспринимая свое присутствие как преступление, а не как возможность для улучшения своей жизни и жизни своих семей. Вместо того чтобы решать коренные причины нелегальной миграции, такие меры могут спровоцировать дополнительные проблемы.

Учитывая тот факт, что нелегальная миграция часто возникает из-за сложной экономической ситуации, конфликтов и нехватки возможностей в странах происхождения. Карательные меры не стимулируют мигрантов на законное поведение, а лишь заставляют их скрываться и рисковать своей безопасностью1. В это связи даже случайно совершивший ошибку и столкнувшийся с реальностью выдворения, в будущем будет всеми способами избегать любых контактов с государственными органами, что значительно затрудняет его интеграцию и контроль.

Если проводить параллели по данному вопросу с зарубежными странами, такими как Германия, Франция, то по законодательству указанных стран ответственность за указанные правонарушения, как правило, дифференцирована. Градация происходит по тяжести совершенного административного деяния: отдельно регулируются нарушения правил въезда, пребывания и трудоустройства. Благодаря этому существует чёткая иерархия санкций. Если правонарушение совершено впервые, и их можно обозначить как несущественные нарушения, назначаются небольшие штрафы, и возлагается обязанность устранить нарушение установленный срок, а в некоторых случаях даже ограничиваются предупреждением.

И только в крайнем случае при повторных, умышленных или тяжёлых нарушениях используется такая мера как выдворение (депортация).

В указанных странах первостепенное значение придается таким обстоятельствам как длительность пребывания, семейные связи, трудовая деятельность, добросовестное поведение на территории страны.

Анализ правоприменительной практики по вопросу административной ответственности иностранных граждан или лиц без гражданства за нарушение режима пребывания выявляет противоречие между эффективностью контроля и принципом справедливости.

В этой связи разрешение ситуации видится в реформировании Кодекса об административных правонарушениях. Направленность должна быть не на смягчение наказаний, а на восстановление принципа справедливости и соразмерности наказаний.

Полагаем, разработка правовых мер, направленных на дифференциацию составов и санкций в главе 18 КоАП РФ, позволит более точно отражать степень тяжести правонарушений.

В частности, одним из основополагающих направлений предложенной реформы является введение критерия «существенности нарушения».

Это даст возможность более гибко подходить к рассмотрению дел и учитывать обстоятельства, при которых нарушение произошло. Предлагается закрепить в примечаниях к статьям 18.8, 18.10 КоАП РФ критерии, при которых нарушение признаётся несущественным 1. К примеру, если просрочка уведомления о подтверждении пребывания составляет менее трех рабочих дней, что не повлекло серьезных последствий, указанное можно расценивать как несущественное нарушение. Аналогично, ошибки в документах, не искажающие основных сведений, и своевременное внесение исправлений, должны быть также основанием для смягчения ответственности. Такие меры будут способствовать закреплению прав иностранных граждан и улучшить правоприменительную практику, создавая более справедливую систему, где каждая ситуация рассматривается индивидуально. Важно, чтобы такие меры имели четкие законодательные формулировки и проводились с соблюдением процедуры, что впоследствии позволит избежать возможной произвольности в принятии решений.

Целесообразно установление градации санкций для несущественных нарушений, в часть 1 изменённых статей необходимо установить санкцию в виде предупреждения или штрафа без выдворения. Для существенных нарушений (часть 2) следует сохранить существующие санкции (штраф с выдворением), но дополнить их альтернативой в виде штрафа повышенного размера без выдворения для определённых категорий (имеющих близких родственников — граждан РФ, постоянную работу, а также длительный срок легального пребывания).

Особое внимание следует уделить понятию «срока для устранения». Предлагается внести в КоАП РФ новую статью 18.8.1 «Устранение нарушения режима пребывания», которая предоставит иностранцам возможность в установленный законодательством краткий срок (например, 10 дней) добровольно устранить выявленные технические нарушения (подать уведомление, оформить патент). Устранение нарушений в данный срок освобождает от административной ответственности. Данный институт смещает акцент с наказания на восстановление правопорядка.

Существенным этапом к совершенствованию правоприменительной практики и обеспечению защиты прав граждан будет внесение изменений в главу 18 КоАП РФ, касающихся процессуальных и институциональных гарантий 1. Обязательный учет обстоятельств составляет важную составляющую указанного процесса.

В процессе рассмотрения дел указанной категории, при вынесении постановления в мотивировочной части целесообразно учитывать и отражать характер вины (умысел, неосторожность, отсутствие вины), длительность и законность предшествующего пребывания, наличие семейных (брак, дети-граждане России), трудовых или имущественных связей, поведение иностранного гражданина или лица без гражданства после выявление нарушения.

Полагаем, что важным нововведением было бы создание специализированных административных составов в судах общей юрисдикции. То есть дела об административных правонарушениях, влекущие выдворение, должны рассматриваться судьями специализирующиеся на миграционном и административном праве, что обеспечит единообразие, экспертизу и взвешенность решений.

Заключение

Дифференциация административной ответственности иностранных граждан является не уступкой, а требованием правового государства. Отрешение от унифицированной системы законодательства в пользу гибкой, справедливой и восстановительной системы позволит:

1. Повысить легитимность и эффективность контроля: добросовестные мигранты получат стимул к легализации, а система сможет сосредоточить ресурсы на борьбе с реальными, злостными правонарушениями.
2. Снизить коррупционные риски: у правоприменителей появятся законные, прописанные в нормативных актах альтернативы, исключающие необходимость неформальных соглашений.
3. Гармонизировать судебную практику: чёткие критерии и процедуры обеспечат предсказуемость и единообразие судебных решений.
4. Привести национальное законодательство в соответствие с принципами пропорциональности и уважения к частной жизни и международными стандартами прав человека.

Таким образом, важность перехода от карательной парадигмы к балансу контроля и интеграции уже очевидна. Новые механизмы, направленные на снижение конфликтов и укрепление социальной устойчивости — важный и своевременный шаг, основанный на праве справедливости и целесообразности, который впоследствии нивелирует все противоречия между эффективностью контроля и принципом справедливости. Реализация указанных положений позволит обеспечить более эффективное управление процессами и создать гармоничное сосуществование различных интересов общества.

Литература:

1. Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях от 30.12.2001 № 195-ФЗ (ред. от 15.12.2025) //Собрание законодательства РФ, 07.01.2002, N 1 (ч. 1), ст. 1.
2. Федеральный закон от 25.07.2002 № 115-ФЗ (ред. от 31.07.2025) «О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации» (с изм. и доп., вступ. в силу с 01.09.2025) // Собрание законодательства РФ», 29.07.2002, N 30, ст. 3032.
3. Федеральный закон от 18.07.2006 № 109-ФЗ (ред. от 31.07.2025) «О миграционном учете иностранных граждан и лиц без гражданства в Российской Федерации» // Собрание законодательства РФ, 24.07.2006, N 30, ст. 3285.
4. Постановление Правительства РФ от 15.01.2007 3 9 (ред. от 04.12.2024) «О порядке осуществления миграционного учета иностранных граждан и лиц без гражданства в Российской Федерации» // Собрание законодательства РФ», 29.01.2007, N 5, ст. 653.
5. Коваленко, А. В. Административная ответственность за правонарушения в области обеспечения режима пребывания иностранных граждан или лиц без гражданства на территории РФ / А. В. Коваленко. — Текст: непосредственный // Академическая публицистика. 2023. № 2–2. С. 116–123.. — 2023. — № 2–2. — С. 116–123.
6. Кононов, П. И. Актуальные проблемы административного права: учебник / П. И. Кононов. — Москва: КНОРУС, 2023. — 314 с. с. — Текст: непосредственный.
7. Логинова, Т. В. Проблемы реализации административной ответственности иммигрантов по ч. 1 ст. 18.11 КОАП РФ. / Т. В. Логинова. — Текст: непосредственный // Актуальные проблемы российского права и законодательства. Сборник материалов ХVI Всероссийской научно-практической конференции. Составитель Е. В. Василенко. Красноярск, 2023. С. 67–70.
8. Степанов, А. В. Административно-правовой режим трудовой деятельности иностранных граждан как разновидность общего административно-правового режима миграционной безопасности России / А. В. Степанов. — Текст: непосредственный // Административное право и процесс. 2021. N 12. С. 21–26.