В уголовном праве всё большее значение приобретают меры, позволяющие освободить лицо от уголовной ответственности без назначения наказания. К таким мерам относится судебный штраф, предусмотренный ст. 76.2 УК РФ. Он применяется в случаях, когда лицо совершило преступление, но при соблюдении установленных условий может быть освобождено от уголовной ответственности без судимости [1].

По данным Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации, за первое полугодие 2025 года было прекращено 5167 уголовных дел в связи с назначением судебного штрафа, а общая сумма назначенных штрафов составила 127 133 504 рубля [2]. Это свидетельствует о широком применении данного института на практике.

Вместе с тем в правоприменении возникают вопросы, связанные с условиями его применения. В частности, отсутствуют чёткие критерии заглаживания причинённого вреда, что приводит к различной оценке аналогичных ситуаций судами. В связи с этим одной из ключевых проблем является размытость критерия возмещения вреда при освобождении от уголовной ответственности с назначением судебного штрафа.

Появление статьи 76.2 УК РФ стало одним из заметных этапов гуманизации российского уголовного законодательства. Данная норма, являющаяся сравнительно новой для российского уголовного права, была введена Федеральным законом № 323-ФЗ от 3 июля 2016 года «О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации и Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации по вопросам совершенствования оснований и порядка освобождения от уголовной ответственности». Именно этим законом в уголовное законодательство было закреплено новое основание освобождения от уголовной ответственности — с назначением судебного штрафа в качестве меры уголовно-правового характера.

Законодатель исходил из идеи, что в ряде случаев государству важнее не само наказание, а возмещение причинённого вреда, восстановление социальной справедливости, примирение с обществом и предупреждение повторных правонарушений. Поэтому статья 76.2 УК РФ стала своеобразным компромиссом между уголовным преследованием и возможностью для лица, впервые совершившего преступление небольшой или средней тяжести, избежать судимости при соблюдении установленных законом условий.

Следует отметить, что одновременно с введением ст. 76.2 УК РФ законодатель дополнил Уголовный кодекс РФ ст. 104.4, в которой было закреплено понятие судебного штрафа и определена его правовая природа как иной меры уголовно-правового характера. В соответствии со ст. 104.4 УК РФ судебный штраф представляет собой денежное взыскание, назначаемое судом при освобождении лица от уголовной ответственности [1]. Данная мера применяется в случаях, предусмотренных ст. 76.2 УК РФ, и влечёт прекращение уголовного дела при условии уплаты судебного штрафа в установленном судом размере. При этом лицо освобождается от уголовной ответственности без возникновения судимости.

Как отмечает А. А. Лихолетов, судебный штраф является менее строгим проявлением отношения государства к совершенному преступлению по сравнению с наказанием в виде штрафа [3].

Это объясняется тем, что он применяется при освобождении от уголовной ответственности и не влечёт судимости, тогда как штраф как наказание назначается при признании лица виновным. В связи с этим судебный штраф по своей природе является более мягкой мерой.

Процессуальный порядок применения судебного штрафа закреплён в Уголовно-процессуальном кодексе Российской Федерации. Так, в соответствии со ст. 25.1 УПК РФ суд по собственной инициативе либо по результатам рассмотрения ходатайства следователя (с согласия руководителя следственного органа) или дознавателя (с согласия прокурора) вправе прекратить уголовное дело или уголовное преследование с назначением судебного штрафа в порядке и случаях, предусмотренных уголовным законом [4].

Прекращение уголовного дела или уголовного преследования с назначением судебного штрафа допускается на любой стадии судебного разбирательства до удаления суда в совещательную комнату для постановления приговора, а в суде апелляционной инстанции — до удаления суда в совещательную комнату для вынесения решения по делу [4].

По мнению Е. А. Комаровой, данный институт направлен на гуманизацию уголовного права и позволяет лицу избежать такого негативного последствия обвинительного приговора, как судимость [5].

Вопрос о том, ограничивается ли суд при применении судебного штрафа исключительно проверкой формального выполнения условий, либо должен учитывать более широкий круг обстоятельств, включая оценку личности обвиняемого, остается дискуссионным в науке и правоприменении.

П. С. Яни, анализируя положения ч. 5 ст. 446.2 УПК РФ, высказывает позицию о том, что при совершении лицом впервые преступления небольшой или средней тяжести, а также при возмещении ущерба либо заглаживании причинённого вреда суд обязан освободить такое лицо от уголовной ответственности с назначением судебного штрафа без установления дополнительных обстоятельств, в том числе характеризующих личность виновного [6].

Вместе с тем Верховный Суд РФ придерживается иной позиции, указывая на необходимость учета данных о личности обвиняемого при решении вопроса о применении судебного штрафа. Наличие различных подходов к толкованию условий применения ст. 76.2 УК РФ свидетельствует о существовании неопределённости в правоприменительной практике и расширяет пределы судебного усмотрения при принятии соответствующего решения [7].

Дополнительные разъяснения возмещения ущерба и заглаживания вреда даны в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 27.06.2013 № 19 «О применении судами законодательства, регламентирующего основания и порядок освобождения от уголовной ответственности», согласно которому под ущербом следует понимать имущественный вред, который может быть возмещён как в натуре (например, путём предоставления имущества взамен утраченного, ремонта или исправления повреждённого имущества), так и в денежной форме (в том числе возмещение стоимости утраченного имущества, расходов на лечение и иные затраты) [8].

Под заглаживанием причинённого вреда понимаются имущественная, в том числе денежная, компенсация морального вреда, оказание помощи потерпевшему, принесение ему извинений, а также иные меры, направленные на восстановление нарушенных прав и законных интересов потерпевшего, общества и государства [8].

Несмотря на наличие указанных разъяснений, условия применения судебного штрафа носят общий характер и не всегда позволяют однозначно определить пределы их применения. В первую очередь это касается требования о возмещении ущерба или ином заглаживании причинённого вреда, которое имеет ключевое значение для решения вопроса об освобождении от уголовной ответственности.

Отсутствие в законе чёткого раскрытия содержания понятия «заглаживание вреда» приводит к тому, что в правоприменительной практике возникает необходимость самостоятельной оценки того, какие именно действия могут свидетельствовать о его выполнении. В результате подходы судов к оценке достаточности таких действий различаются, что формирует проблему отсутствия единых критериев и размытости данного условия применения судебного штрафа.

Следует учитывать позицию, отражённую в Обзоре судебной практики освобождения от уголовной ответственности с назначением судебного штрафа, согласно которой уголовный закон не предусматривает в качестве обязательного условия применение ст. 76.2 УК РФ согласие потерпевшего. Это означает, что решение о применении судебного штрафа принимается судом независимо от позиции потерпевшего, что также влияет на оценку факта заглаживания причинённого вреда [7].

Показательной в рассматриваемом аспекте является судебная практика, в которой оценка заглаживания вреда вызывает споры между участниками процесса. Так, в Апелляционном постановлении № 10–2/3/2020 от 16 апреля 2020 г. лицо, совершившее кражу, было освобождено от уголовной ответственности с назначением судебного штрафа, несмотря на возражения потерпевшего. Потерпевшая сторона указывала на неполное возмещение причинённого ущерба, обращая внимание не только на стоимость похищенного имущества, но и на расходы, связанные с восстановлением повреждённого объекта, которые значительно превышали сумму, признанную в рамках уголовного дела [9].

Суд признал условие заглаживания вреда выполненным, сославшись на возврат похищенного имущества и действия обвиняемого, направленные на содействие его обнаружению, хотя фактически имущество было изъято сотрудниками полиции, а не возвращено добровольно. Доводы потерпевшего о более значительном размере ущерба и отсутствии полноценного возмещения судом приняты во внимание не были [9].

В результате сложилась ситуация, при которой заглаживание вреда, объективно воспринимаемое потерпевшим как недостаточное, было признано судом достаточным для применения судебного штрафа. Это свидетельствует о том, что оценка факта и степени заглаживания вреда в значительной мере зависит от усмотрения суда, а отсутствие чётких критериев приводит к принятию различных по своей сути решений в сходных обстоятельствах.

Как отмечают в своем исследовании Л. А. Абашина и Г. Л. Минаков, законодатель, заменив устойчивое выражение «заглаживание вины» на «заглаживание вреда», не обеспечил его содержательного раскрытия. Авторы подмечают, что такая замена не сопровождалась необходимой семантической конкретизацией, что затрудняет единообразное понимание и применение данного критерия на практике [10].

Таким образом представляется спорным отсутствие обязательного учета мнения потерпевшего при решении вопроса о применении судебного штрафа. Несмотря на то, что уголовный закон не относит согласие потерпевшего к числу обязательных условий освобождения от уголовной ответственности в соответствии со ст. 76.2 УК РФ, именно потерпевшая сторона наиболее объективно может оценить, был ли причинённый вред действительно заглажен в полном объёме. На практике нередко возникают ситуации, при которых суд признаёт условие заглаживания вреда выполненным даже при наличии возражений потерпевшего относительно полноты возмещения ущерба. Подобный подход вызывает сомнения с точки зрения обеспечения баланса между принципом гуманизма и необходимостью защиты прав потерпевшего, поскольку формальное возмещение ущерба не всегда свидетельствует о фактическом восстановлении нарушенных прав и интересов.

Исходя из выявленных проблем, можно сделать вывод о необходимости внесения изменений в уголовное законодательство Российской Федерации.

Во-первых, несмотря на наличие разъяснений Пленума Верховного Суда РФ о понятии «заглаживание вреда», данное условие всё ещё остаётся оценочным и недостаточно конкретизированным. На практике сохраняется неоднородность судебных решений и широкий предел судебного усмотрения. В связи с этим целесообразно закрепить основные критерии заглаживания вреда непосредственно в уголовном законе.

Во-вторых, необходимо закрепить обязанность суда учитывать мнение потерпевшего при решении вопроса о применении судебного штрафа. При этом позиция потерпевшего не обязательно должна иметь абсолютное значение, однако закон должен предусматривать обязанность суда мотивированно оценивать его возражения относительно полноты возмещения вреда.

В-третьих, представляется необходимым более чётко определить пределы судебного усмотрения при применении ст. 76.2 УК РФ. Законодателю следует установить, какие обстоятельства, помимо формальных условий, подлежат обязательной оценке судом, включая данные о личности обвиняемого, его поведение после совершения преступления и степень общественной опасности деяния.

Литература:

1. Уголовный кодекс Российской Федерации от 13.06.1996 № 63-ФЗ (ред. от 20 февраля 2026 г.) // Собрание законодательства РФ. — 1996. — № 25. — Ст. 2954. — Ст. 76.2, 104.4.
2. Данные судебной статистики // Судебный департамент при Верховном Суде Российской Федерации URL: https://cdep.ru/userimages/Statistika_2025/F1-svod_vse_sudy-1–2025.xls (дата обращения: 07.05.2026).
3. Лихолетов А. А. Освобождение от уголовной ответственности с назначением судебного штрафа: теоретические и прикладные проблемы (на примере преступлений в сфере осуществления специальных видов предпринимательской деятельности) // Вестник Волгоградской академии МВД России. 2025. № 1 (72). С. 34–40.
4. Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации от 18.12.2001 № 174-ФЗ (ред. от 8 марта 2026 г.) // Собрание законодательства РФ. — 2001. — № 52 (ч. I). — Ст. 4921. — Ст. 25.1
5. Комарова Е. А. Анализ практики освобождения от уголовной ответственности с назначением судебного штрафа // Вестник науки. 2025. № 10 С. 153–159
6. Яни П. Назначение судебного штрафа как обязанность государства // Законность. 2021. № 7. С. 30–31.
7. Обзор судебной практики освобождения от уголовной ответственности с назначением судебного штрафа (ст. 76.2 УК РФ) (утв. Президиумом Верховного Суда РФ) // Судебные и нормативные акты РФ. — URL: https://sudact.ru/law/obzor-sudebnoi-praktiki-osvobozhdeniia-ot-ugolovnoi-otvetstvennosti/ (дата обращения: 07.05.2026).
8. Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О применении судами законодательства, регламентирующего основания и порядок освобождения от уголовной ответственности» от 27 июня 2013 г.№ 19 // СПС Консультант Плюс. — 2013 г. — с изм. и допол. в ред. от 29 ноября 2016 г.
9. Апелляционное постановление по уголовному делу № 10–2/3/2020 от 15 апреля 2020 г. // Архив Советского районного суда Кировской области. URL: sudact.ru/regular/doc/6TiyQjp37eNR (дата обращения: 07.05.2026).
10. Абашина Л. А., Минаков Г. Л. Судебный штраф — новая иная мера уголовно-правового характера // Всероссийский криминологический журнал. Nº 2. С. 266–274.