Глобальная цифровая трансформация общественных отношений, охватившая сферы экономики, государственного управления и бытовой коммуникации, объективно обусловливает необходимость модернизации уголовно-процессуальной деятельности. Длительное время уголовное судопроизводство оставалось одной из наиболее консервативных правовых сфер, что объясняется высокой ценой судебной ошибки и необходимостью строгого соблюдения формальных процедур, гарантирующих права личности [1, с. 173]. Однако стремительное развитие преступности в информационной сфере и потребности общества в оперативном и прозрачном правосудии диктуют необходимость перехода от бумажного к электронному формату уголовного дела.

Под электронным уголовным делом в доктрине понимается информационная система, предназначенная для хранения цифровой информации — материалов уголовного дела, полностью заменяющая собой бумажный вариант, с высоким уровнем безопасности [2, с. 29]. Как справедливо отмечают О. И. Андреева и О. А. Зайцев, одним из универсальных инструментов модернизации уголовного судопроизводства может стать переход от бумажного к электронному уголовному делу, что будет способствовать повышению открытости, доступности и оперативности правосудия, а также снижению избыточного формализма [3, с. 101].

Значительный прогресс в данном направлении достигнут зарубежными государствами. В Республике Казахстан с декабря 2017 года Уголовно-процессуальный кодекс предусматривает две формы судопроизводства — традиционную бумажную и электронную (ст. 42–1 УПК РК). Ключевое значение имеет Единый реестр досудебных расследований (ЕРДР), обеспечивающий прозрачность учета и регистрации уголовных дел, а также доступность информации для контрольно-надзорных инстанций [4]. В Германии § 41а УПК ФРГ допускает использование наряду с электронно-цифровой подписью любых иных надёжных процедур, обеспечивающих подлинность и целостность переданного электронного документа [5, с. 60]. Указанный зарубежный опыт свидетельствует о том, что успешная цифровая трансформация требует не только технической инфраструктуры, но и комплексного правового регулирования.

В Российской Федерации законодателем предприняты значительные шаги по формированию нормативной базы. Принятие Федеральных законов от 29 декабря 2022 г. № 610-ФЗ и от 25 декабря 2023 г. № 672-ФЗ ввело легальное закрепление права направлять и получать процессуальные документы в электронной форме (ст. 474.1 и 474.2 УПК РФ) [6]. Однако, как обоснованно указывают исследователи, действующее правовое регулирование страдает фрагментарностью и содержит ряд коллизий.

Первая проблема связана с отсутствием четкого нормативного закрепления понятия «электронное уголовное дело» и механизма его ведения на досудебных стадиях. Если суды наделены правом изготавливать судебные решения в форме электронного документа (ст. 474.1 УПК РФ), то органы предварительного расследования такой возможностью в полной мере не обладают. Статья 474 УПК РФ, именуемая «Оформление процессуальных действий и решений на бланках процессуальных документов», допускает выполнение документов электронным способом, однако не приравнивает их к электронным документам, подписанным усиленной квалифицированной электронной подписью (УКЭП) [3, с. 59]. Это порождает ситуацию двойного документооборота, когда следователь вынужден дублировать бумажный том сканированными копиями, что не обеспечивает ни экономии ресурсов, ни оперативности.

Выделяется ещё одна проблема, а именно — чрезмерные требования к электронной подписи участников уголовного процесса. В соответствии с п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 декабря 2017 г. № 57, все обращения в суд в виде электронного документа должны быть подписаны усиленной квалифицированной электронной подписью [7]. Данное требование, как справедливо отмечают О. И. Андреева и О. А. Зайцев, является чрезмерным, возлагающим на лицо неоправданные дополнительные усилия и расходы, что делает реализацию права на доступ к правосудию иллюзорной [3, с. 60]. Особенно остро эта проблема стоит для потерпевших по делам частного обвинения (ч. 2 ст. 20 УПК РФ), которые в большинстве своем не обладают УКЭП и лишены возможности подать заявление в электронном виде через представителя-адвоката.

Судебная практика демонстрирует наличие серьезных нарушений прав граждан при применении указанных норм. Так, Московским областным судом было отменено постановление Дмитровского городского суда, которым заявителю было отказано в принятии жалобы в порядке ст. 125 УПК РФ, поданной через официальный сайт суда. Суд первой инстанции мотивировал отказ отсутствием усиленной электронной подписи. Однако суд апелляционной инстанции в постановлении № 22К-4823/2021 от 3 августа 2021 года указал, что данное обстоятельство могло служить основанием лишь для возвращения жалобы заявителю с разъяснением права вновь обратиться в суд, но не для отказа в ее принятии [8]. Допущенное нарушение было квалифицировано как лишение гарантированных законом прав участника уголовного судопроизводства. Данный пример иллюстрирует как несовершенство нормативного регулирования, так и риск злоупотреблений со стороны работников аппарата суда, которые вправе отклонять электронные документы по субъективным основаниям (например, «отсутствие связного текста») [3, с. 59].

В качестве позитивного шага следует отметить пилотный проект Следственного комитета РФ «Электронный паспорт уголовного дела» (ИС «ЭПУД»), запущенный в 2014 году на территории Северо-Кавказского и Южного федеральных округов. Система позволяла создавать базу данных с отсканированными версиями процессуальных документов. По данным, опубликованным в «Российской газете» в декабре 2016 года, внедрение данной системы дисциплинировало следователей и оказывало предупредительный эффект [9]. Однако данная система функционировала исключительно в пределах указанных округов и не устраняла ведения параллельного бумажного делопроизводства.

Перспективы развития цифрового предварительного следствия связываются с необходимостью принятия системного нормативного акта, регламентирующего создание единой цифровой среды уголовного судопроизводства [10, с. 120]. Представляется обоснованным предложение о законодательном закреплении понятия «электронное доказательство» и его включении в перечень ст. 74 УПК РФ, что позволит устранить правовую неопределенность при использовании цифровых данных в доказывании [11]. Также заслуживает внимания опыт использования биометрических данных или специализированных кодов доступа для идентификации участников процесса (по аналогии с арбитражным процессом), что позволит отказаться от избыточного требования УКЭП для всех категорий граждан [12, с. 213].

Проведенное исследование позволяет констатировать, что цифровизация предварительного следствия является объективной необходимостью, однако её реализация в Российской Федерации сталкивается с рядом системных проблем: отсутствие легального определения электронного уголовного дела и единого порядка его ведения; избыточные требования к электронной подписи участников процесса; фрагментарность нормативного регулирования, приводящая к двойному документообороту; риски субъективного усмотрения при отклонении электронных документов. Судебная практика, в частности постановление Московского областного суда № 22К-4823/2021, свидетельствует о нарушении права на доступ к правосудию при формальном применении требований к электронным подписям.

В целях решения выявленных проблем представляется необходимым: 1) законодательное закрепление в УПК РФ понятий «электронное уголовное дело» и «электронное доказательство»; 2) унификация правового статуса электронных документов на досудебном и судебном производстве; 3) смягчение требований к виду электронной подписи для граждан, не обладающих УКЭП, с возможностью использования простой электронной подписи или альтернативных средств идентификации; 4) масштабирование успешного опыта ведомственных информационных систем («Электронный паспорт уголовного дела») на всю территорию Российской Федерации с одновременным отказом от дублирования бумажного документооборота. Только при соблюдении баланса между технологическими инновациями и гарантиями прав участников уголовный процесс будущего сможет соответствовать как требованиям эффективности, так и правовым идеалам справедливости.

Литература:

1. Конституция Российской Федерации (принята всенародным голосованием 12.12.1993 с изменениями, одобренными в ходе общероссийского голосования 01.07.2020)
2. Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации» от 18.12.2001 N 174-ФЗ (ред. от 08.03.2026)
3. Кузьмина О. В., Скотникова М. М. Электронное уголовное дело: зарубежный опыт и перспективы внедрения в российский уголовный процесс // Вестник Костромского государственного университета. 2024. Т. 30. № 4. С. 173–177.
4. Соколов Ю. Н. Допустимость рассмотрения материалов уголовного дела в электронной форме // Информационное право. 2017. № 1. С. 28–33.
5. Андреева О. И., Зайцев О. А. Перспективы ведения российского уголовного судопроизводства в электронном формате // Вестник Томского государственного университета. Право. 2018. № 12. С. 56–61.
6. Уголовно-процессуальный кодекс Республики Казахстан от 4 июля 2014 года № 231-V ЗРК. URL: https://adilet.zan.kz/rus/docs/K1400000231 (дата обращения: 14.04.2026).
7. Трефилов А. А. Система УПК ФРГ (с приложением в виде перевода УПК ФРГ на русский язык). Заарбрюкен: LAP, 2011. 427 с.
8. Федеральный закон от 25.12.2023 № 672-ФЗ «О внесении изменений в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации» // Собрание законодательства РФ. 2024. № 1. Ст. 51.
9. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 26.12.2017 № 57 «О некоторых вопросах применения законодательства, регулирующего использование документов в электронном виде в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов» // Российская газета. 2017. 29 дек.
10. Апелляционное постановление Московского областного суда от 03.08.2021 № 22К-4823/2021 по делу № 3/10–125/2021. URL: https://sudact.ru/regular/doc/6EJpn7yfvg5H/ (дата обращения: 14.04.2026).
11. Петренко С. «Электронный паспорт» уголовного дела // Российская газета. 2016. 14 декабря. № 7146 (283).
12. Зуев С. В. Цифровая среда уголовного судопроизводства: проблемы и перспективы // Сибирский юридический вестник. 2018. № 4 (83). С. 118–125.
13. Дмитриева А. А., Пастухов П. С. Концепция электронного доказательства в уголовном судопроизводстве // Journal of Digital Technologies and Law. 2023. Т. 1. № 1. С. 270–295.
14. Лебедев З. С. Электронное уголовное дело как форма уголовного судопроизводства: способ реализации и перспективы внедрения // Правопорядок: история, теория, практика. 2019. № 4 (23). С. 40–45.