Цифровая модернизация судебной системы в России активно развивается в настоящее время. Результат данной трансформации привел к появлению новых форм участия в судопроизводстве. Одним из главных нововведений стал институт веб-конференции, который дал возможность участникам арбитражного процесса осуществлять свои процессуальные права без физического присутствия в зале судебного заседания. Как отмечают исследователи, данное нововведение стало логичным продолжением политики цифровизации арбитражной системы, которая исторически отличалась более высокой степенью технологического развития по сравнению с судами общей юрисдикции [1, с. 128].

В свою очередь внедрение цифровых технологий порождает как очевидные преимущества, так и серьезные вопросы правового и практического характера. Вместе с тем, как указывает Тихомирова Ю. В., «анализ правоприменительной практики выявляет две группы проблем: первая связана с подачей ходатайства и коммуникацией с судом на данном этапе, вторая — с непосредственным участием в заседании и особенностями дистанционного взаимодействия с судом» [1, с. 129]. К числу таких проблем относятся неопределенность сроков рассмотрения ходатайств, технические сбои платформы, отсутствие единого регламента идентификации участников.

Основные проблемы можно сформулировать следующим образом: является ли институт веб-конференции в арбитражном процессе исключительно проявлением технической модернизации судопроизводства, либо он создает предпосылки для процессуального неравенства его участников?

Нормативную основу института веб-конференции в арбитражном процессе составляет ст. 153.2 Арбитражного процессуального кодекса РФ (далее — АПК РФ), которая предоставляет лицам, участвующим в деле, и иным участникам процесса право участвовать в заседании удаленно при условии подачи соответствующего ходатайства и наличии у суда технической возможности. В отличие от классической видеоконференц-связи, предполагающей присутствие участника в другом суде (то есть в специально оборудованном учреждении), веб-конференция позволяет подключиться к процессу из любой точки при наличии доступа к сети «Интернет» и соответствующих средств идентификации. Как разъясняется на официальных ресурсах судов, установление личности участника производится дистанционно с использованием единой системы идентификации и аутентификации (ЕСИА) или единой биометрической системы.

Как справедливо указывает Бурдина Е. В., «цифровой доступ к суду, понимаемый как возможность каждого инициировать судебное производство по гражданским делам в электронной форме, следует рассматривать в качестве эффективного средства защиты, позволяющего при наличии любых препятствий физического, социально-экономического, географического и им подобного характера реализовывать право на судебную защиту» [2, с. 51].

Из данной позиции можно сделать вывод, что цифровой доступ к суду (электронное правосудие) является не просто техническим нововведением, а самостоятельным и эффективным средством защиты прав. Данный цифровой доступ призван обеспечить реальную реализацию конституционного права на судебную защиту для тех категорий граждан, которые сталкиваются с объективными препятствиями с доступом к правосудию. Цифровизация позволяет «сгладить» различия между жителями крупных городов и отдаленных регионов, людьми с инвалидностью и малоимущими гражданами. Эффективность цифрового доступа оценивается не по наличию технологий, а по тому, помогает ли он реально защитить право, когда традиционные способы (личная явка) затруднены или невозможны.

Афанасьева С. И. обоснованно отмечает, что «сохранение исключительно ВКС в гражданском процессе при внедрении веб-конференции в арбитражном процессе создает существенные различия в доступности правосудия для разных категорий граждан» [3, с. 1143].

При проведении онлайн-заседания у суда могут возникнуть сложности при исследовании письменных и иных доказательств в тех случаях, когда требуется обозрение оригинала на основании ч. 2 ст. 71 и ч. 3 ст. 75 Арбитражного процессуального кодекса РФ (например, в случае, если необходимо провести анализ отдельных элементов структуры текста, имеющих решающее значение при разрешении спора).

Потеева А. В. в произведенном анализе преимуществ и недостатков дистанционных форматов приходит к выводу, что, несмотря на экономию ресурсов, «цифровой разрыв» между профессиональными юристами крупных городов и остальными участниками процесса только усиливается. Она также обращает внимание на сложность исследования вещественных и письменных доказательств в онлайн-режиме, что может повлиять на полноту и всесторонность судебного разбирательства [4, с. 69].

Ряд ученых (Артеменко Б. А., Афанасьев С. Ф., Баранов И. Г. и др.) обосновывают оправданность различий в правовом регулировании. Как отмечается в литературе, «арбитражный процесс исторически ориентирован на рассмотрение экономических споров с участием профессиональных юристов, представителей организаций, что предполагает более высокий уровень технической оснащенности участников и их готовность к использованию цифровых технологий» [5, с. 45].

Однако такая проблема суда отчасти решена при проведении судебных заседаний посредством видеоконференц-связи. В частности, в п. 23 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 17.02.2011 № 12 «О некоторых вопросах применения Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ «О внесении изменений в Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации» указано, что путем использования систем видеоконференц-связи лицом, участвующим в судебном заседании, могут быть также представлены в арбитражный суд, рассматривающий дело, письменные доказательства, иные документы и материалы при условии наличия технических средств, обеспечивающих возможность ознакомления с такими доказательствами (документ-камера).

Во многих случаях у рядовых участников гражданского процесса такие технические средства для участия в сеансе веб-конференции отсутствуют. Хисамов А. Х. указывает на специфику арбитражного судопроизводства, где «участники процесса, как правило, обладают необходимыми техническими устройствами и навыками их использования, тогда как в гражданском процессе значительная часть граждан (пенсионеры, лица с низким доходом, жители отдаленных территорий) могут не иметь доступа к интернету или не обладать навыками работы с веб-сервисами» [6].

Система веб-конференции значительно расширила возможности защиты прав граждан в арбитражных судах. На данный момент территориальная удаленность не является барьером для участия лиц в судебном процессе. Введение информационных технологий стало ключевым фактором в развитии судебной системы, которые отражают достаточно высокую практическую пользу для всех участников судебного разбирательства. Указанный способ дает возможность эффективно отстаивать свои интересы вне зависимости территориального положения сторон, участвующих в деле.

Однако анализ правоприменительной практики и доктринальных источников позволяет выявить и обратную сторону цифровизации, которая может провоцировать процессуальное неравенство. Ключевой проблемой является оценочная категория «наличие технической возможности», закрепленная в ч. 2 ст. 153.2 АПК РФ в качестве основания для отказа в удовлетворении ходатайства. Критерии этой «технической возможности» на законодательном уровне не раскрыты и зачастую зависят от загруженности серверов, качества каналов связи и программного обеспечения конкретного суда. В таких условиях сторона, полагающаяся на дистанционное участие, может оказаться в заведомо менее выгодном положении, чем ее оппонент, присутствующий в зале суда лично.

Еще одним аспектом, порождающим неравенство, являются различные уровни цифровой грамотности и материально-технической оснащенности участников процесса. Для участия в веб-конференции необходимы не только компьютер и стабильный интернет, но и наличие подтвержденной учетной записи на портале Госуслуг (ЕСИА), а также навыки работы с соответствующим программным обеспечением.

Неравенство порождается не столько отсутствием доступа к интернету как такового, сколько разницей в цифровой грамотности. Возможность участвовать в веб-конференции требует от гражданина специфических навыков (работа с порталом Госуслуг, программным обеспечением), которыми обладают далеко не все, особенно пожилые люди или жители отдаленных территорий.

Формально предоставив всем возможность дистанционного участия, судебная система рискует создать ситуацию, при которой более грамотные участники, например, юристы крупных фирм получают преимущество, а обычные граждане оказываются в еще более уязвимом положении, чем при традиционном («бумажном») процессе.

Так, Бурдина Е. В. поднимает проблему цифрового доступа к суду как нового измерения доступности правосудия. Она указывает на то, что отсутствие единой, стабильно работающей государственной платформы для веб-конференций и разрозненность технических решений в судах создают неравенство возможностей для участников, особенно из отдаленных регионов или с низким уровнем цифровых компетенций [2, с. 50].

С одной стороны, это безусловный шаг вперед в технической трансформации судебной системы, повышающий доступность правосудия и оперативность рассмотрения дел. С другой стороны, его внедрение обнажает риски нового вида процессуального неравенства, обусловленного не правовым статусом сторон, а их «цифровыми возможностями» и подверженностью техническим сбоям. Ответом на этот вызов должна стать не приостановка цифровизации, а выработка четких и прозрачных правовых механизмов, гарантирующих соблюдение принципа равноправия сторон при проведении судебного заседания посредством веб-конференции.

Литература:

1. Тихомирова, Ю. В. Особенности взаимодействия участников процесса и суда при рассмотрении дел с использованием веб-конференций в арбитражных судах / Ю. В. Тихомирова, В. В. Шкаревская. — Текст: непосредственный // Вестник Университета имени О. Е. Кутафина. — 2023. — № 10 (110). — С. 127–135.
2. Бурдина, Е. В. Цифровой доступ к суду в Российской Федерации: проблемы правового регулирования / Е. В. Бурдина. — Текст: непосредственный // Российский судья. — 2022. — № 10. — С. 49–53.
3. Афанасьева, С. И. О необходимости гармонизации правового регулирования применения видеоконференц-связи и веб-конференции в различных формах судопроизводства / С. И. Афанасьева. — Текст: непосредственный // Ex jure. — 2023. — № 4. — С. 17–32.
4. Потеева А. В. Дистанционные способы участия в судебном заседании: преимущества и недостатки // Арбитражные споры. — 2021. — № 2. — С. 65–72.
5. Арбитражное процессуальное право: практикум для вузов / Б. А. Артеменко, С. Ф. Афанасьев, И. Г. Баранов [и др.]. — Саратов: Саратовской гос. юридической акад., 2024. — 312 с. — Текст: непосредственный.
6. Хисамов, А. Х. Новые технологии и новые процессуальные культуры: сохранение ценностей / А. Х. Хисамов. — Текст: непосредственный // Российская юстиция. — 2025. — № 10.