This article examines the qualifying circumstances for crimes involving animal cruelty, analyzes legislation, and identifies certain gaps that hinder effective prosecution under Part 2 of Article 245 of the Criminal Code of the Russian Federation.

Keywords: animal cruelty, qualifying circumstances, liability, criminal law .

Российское уголовное законодательство предусматривает ряд квалифицирующих обстоятельств для преступлений, связанных с жестоким обращением с животными. До внесения последних изменений единственным отягчающим признаком данного состава считалось совершение преступления в соучастии — группой лиц, группой лиц по предварительному сговору либо организованной группой. В действующей редакции уголовного закона — это п. «а» ч. 2 ст. 245 УК [1].

Содержание ст. 35 УК РФ позволяет сделать вывод, что под преступлением, совершённым группой лиц, понимается деяние, реализованное двумя или более лицами без предварительной договорённости. Если же участники заранее договорились о совместном совершении противоправных действий, такое деяние квалифицируется как совершённое группой лиц по предварительному сговору.

Группа лиц без предварительного сговора обычно представляет собой случайное объединение людей, вовлечённых в преступление, как правило, под влиянием обстановки. Каждый из них полностью или частично выполняет объективную сторону преступления, признаваясь его соисполнителями. Напротив, преступление группы лиц по предварительному сговору предполагает заранее сформированный план совместных действий будущих соисполнителей. Отсюда следует, что уголовный закон исходит из того, что жестокое обращение с животными, совершённое группой лиц по предварительному сговору, имеет место тогда, когда участники на стадии подготовки согласовывают намерение совершить преступление, а между сговором и его реализацией проходит определённый временной промежуток.

Обе разновидности соучастия особого рода предполагают соисполнительство. Однако для группы лиц по предварительному сговору не исключено соучастие с распределением ролей — организатора, подстрекателя или пособника. В таком случае при квалификации деяния требуется сослаться на ст. 33 УК.

Преступлением, совершённым организованной группой, признаётся деяние, реализуемое устойчивым объединением лиц, действующих заранее согласованно и имеющих единый преступный умысел на совершение одного или нескольких преступлений. Все члены организованной группы независимо от наличия распределения ролей несут ответственность в качестве соисполнителей квалифицированного преступления без ссылки на ст. 33 УК РФ. Изложенное позволяет заключить, что совершение рассматриваемого преступления организованной группой обладает значительно большей общественной опасностью. Однако, законодатель не проводит дифференциации между рассмотренными разновидностями соучастия особого рода с точки зрения различий в степени общественной опасности деяния, совершенного группой лиц, группой лиц с предварительным сговором или организованной группой.

Следующим квалифицирующим обстоятельством является жестокое обращение с животными в присутствии малолетних (п. «б» ч. 2 ст. 245 УК). Этот признак ранее уже был закреплён в основном составе, поэтому для практики он не является новым.

К сожалению, нередко жестокие действия совершаются в присутствии малолетних и несовершеннолетних. Примером может служить деятельность религиозного объединения «Танре», члены которого проводили обряды жертвоприношений животных в присутствии подростков [4, с. 122].

Под присутствием малолетних понимается ситуация, когда за преступлением наблюдают дети, не достигшие 14-летнего возраста. При этом достаточно присутствия даже одного малолетнего, независимо от количества совершеннолетних свидетелей, чтобы квалифицировать деяние по ч. 2 ст. 245 УК РФ. Указанное обстоятельство повышает общественную опасность, поскольку психика детей является крайне уязвимой, а наблюдение жестокости может негативно сказаться на их моральном и эмоциональном развитии.

Полагаем, что и несовершеннолетние, не достигшие 18-летнего возраста, становясь свидетелями жестокого обращения с животными, подвергаются серьезным нравственным испытаниям. На наш взгляд, законодателю следует расширить возрастную границу потерпевших лиц в качестве отягчающего преступление обстоятельства.

Особого внимания требует квалифицирующий признак, установленный п. «в» ч. 2 ст. 245 УК РФ (применение садистских методов). В предыдущей редакции закона названный признак был включен в основной состав в качестве альтернативного.

Под применением садистских методов понимают истязание животного, жестокое причинение боли, а также особо мучительные способы умерщвления (например, убийство медленно действующим ядом, сжигание, растерзание другими животными). При этом для признания такого признака необходимо установить, что виновный осознавал и намеревался использовать именно садистские способы. Факт умерщвления, не подтверждённый дополнительными доказательствами истязаний, пыток или умышленного причинения особых страданий, не образует применение садистских методов.

Приговором Кабанского районного суда Республики Бурятия от 13 февраля 2024 г. Дубенко В. М. признана виновной по п. «в» ч. 2 ст. 245 УК РФ. Установлено, что 04.10.2023 г. у неё, в условиях внезапно возникшей неприязни и хулиганских побуждений, сформировался прямой умысел на жестокое обращение с собакой по кличке «К». с целью причинения ей боли, страданий и последующего умерщвления. Реализуя свой умысел, 05.10.2023 г. около часа ночи, решила использовать удушение, для чего изготовила петлю из верёвки, зафиксировав собаку в петле на заборе и оставив животное в состоянии асфиксии, наблюдала мучения животного и не оказывала помощи. В результате собаке были причинены страдания, увечье в виде странгуляционной асфиксии. В результате наступила ее смерть [2].

С предыдущим отягчающим обстоятельством тесно связан следующий признак, устанавливающий запрет на публичное распространение материалов с жестоким обращением с животными посредством средств массовой информации и телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»). Данное дополнение было обусловлено массовым появлением в сети «Интернет» видеороликов, фиксирующих подобные действия. Сам факт существования таких материалов в открытом доступе представляет собой нарушение нравственных норм, поскольку они могут быть просмотрены неограниченным кругом лиц.

Серьёзным пробелом в законодательстве долгое время оставалось отсутствие более строгой ответственности за случаи, когда причинение вреда или гибель затрагивали нескольких или значительное число животных. Показательным примером может служить резонансная судебная практика, когда группа лиц совершила жестокие действия в отношении более чем 30 животных. Обвиняемые — две молодые женщины — получили реальное лишение свободы сроком свыше двух лет в основном из-за наличия других квалифицированных составов. При этом тот факт, что издевательства и убийства осуществлялись предельно жестоко, с выраженным цинизмом и сопровождались видеозаписью, практически не повлиял на размер наказания [3, с. 383].

Считаем, что введение признака, усиливающего ответственность за жестокое обращение, совершённое «в отношении нескольких животных», следует оценить исключительно положительно.

Учёные неоднократно подчёркивали необходимость закрепления административной ответственности за жестокое обращение с животными на федеральном уровне, в том числе — введения административной преюдиции. Ранее наказание за такое деяние (без признаков преступления) было возможно только в тех регионах, где оно прямо предусматривалось местным законодательством. Ситуация изменилась после принятия Федерального закона от 13.06.2023 № 230-ФЗ, которым в КоАП РФ была включена ст. 8.52, где в части второй предусмотрена административная ответственность за жестокое обращение с животными в случаях, не содержащих признаков уголовно-наказуемого деяния.

Тем не менее, на наш взгляд, формулировки ст. 245 УК РФ продолжают содержать существенные пробелы, затрудняющие эффективное привлечение виновных к ответственности. Несмотря на значительное число поступающих в органы внутренних дел сообщений о жестоком обращении с животными, количество возбужденных дел по ст. 245 УК РФ остаётся существенно меньшим, и ещё меньше дел достигает стадии судебного рассмотрения. За период с 2020 по июль 2025 года было возбуждено незначительное количество уголовных дел по факту жестокого обращения с животными: 2020 год — 12 дел, 8 обвинительных приговоров, включая условные сроки от 6 месяцев до 2 лет; 2021 год — 15 уголовных дел, 10 осужденных, штрафы от 40 000 до 150 000 рублей; 2022 год — 18 дел, 13 обвинительных приговоров, реальные сроки до 3 лет лишения свободы; 2023 год — 20 возбужденных дел, 15 осужденных, различные виды наказаний; 2024 год — 22 уголовных дела, 17 приговоров, включая обязательные работы и исправительные работы; 2025 год (по июль) — 8 дел, 5 осужденных, преимущественно штрафы и условные сроки [5].

Подведем некоторые итоги.

Несмотря на очевидные различия в структуре и организации, в п. «а» ч. 2 ст. 245 УК законодатель не проводит градации общественной опасности между закрепленными в качестве отягчающих обстоятельств разновидностями соучастия особого рода, а именно группы лиц, группы лиц по предварительному сговору и организованной группы. Полагаем, что преступления, совершенные организованной группой, обладают значительно большей общественной опасностью, поэтому предлагаем усилить уголовную ответственность и закрепить указание на организованную группу в ч. 3 ст. 245 УК РФ.

В п. «б» ч. 2 ст. 245 УК РФ квалифицирующим обстоятельством является жестокое обращение с животными в присутствии малолетних. Но и несовершеннолетние, достигшие 14-ти лет, но не достигшие 18-летнего возраста, становясь свидетелями жестокого обращения с животными, подвергаются серьезным нравственным испытаниям. Считаем целесообразным восполнить существующий пробел закона и внести изменения, направленные на расширение возрастной границы потерпевших лиц в качестве еще одного отягчающего преступление обстоятельства. В таком случае можно внести в п. «б» ч. 2 ст. 245 УК указание на несовершеннолетие потерпевшего, а признак жестокого обращения с животными в присутствии малолетних перенести в часть третью особо квалифицированного состава.

На протяжении длительного времени законодательство имело существенный недостаток: оно не предусматривало возможности ужесточения ответственности в ситуациях, когда вред или гибель затрагивали нескольких или значительное число животных. Вполне актуальным и обоснованным видится введение квалифицирующего признака, усиливающего наказание за жестокое обращение, совершённое «в отношении двух или более животных».

Названные рекомендации соответствуют ожиданиям общества, способны повысить эффективность применения исследуемой нормы и обеспечить защиту поставленных под охрану уголовного закона отношений, обеспечивающих гуманное отношение к животным, как важной составляющей общественной нравственности. В целом предполагается более действенное противодействие жестокости по отношению к животным, что несомненно положительным образом скажется на состоянии законности и правопорядка в Российской Федерации.

Литература:

1. Уголовный кодекс Российской Федерации от 13.06.1996 № 63-ФЗ (ред. от 28.02.2025) // Собрание законодательства Российской Федерации. — 1996. — № 25. Ст. 2954.
2. Приговор Кабанского районного суда Республики Бурятия от 13 февраля 2024 года по делу № 1–53/2024 // [Электронный ресурс]. Режим доступа https://kabansky-- bur.sudrf.ru/modules.php?name=sud_delo&srv_num=1&name_op=doc&number=21 6511723&delo_id=1540006&new=0&text_number=1 (Дата обращения: 02.12.2025).
3. Рыбакова, Т. И. Особенности квалификации по статье 245 Уголовного Кодекса РФ / Т. И. Рыбакова // Вопросы российской юстиции. — 2024. — № 30. — С. 379–386.
4. Отбоева, Р. Р. Объективные признаки состава преступления, предусмотренного ст. 245 УК РФ (жестокое обращение с животными) / Р. Р. Отбоева // Вестник экономики, права и социологии. — 2019. — № 4. — С. 120–124.
5. Борьба с жестоким обращением с животными: результаты работы 2020–2025 г.г. МОД АнтиДогхантер [Электронный ресурс]. — Режим доступа: https://dzen.ru/a/aGcV4hafnCUd6ohw?ysclid=miv28euynx320582768 (Дата обращения 05.12.2025).