Конституционно-правовой статус человека и гражданина занимает центральное место в системе конституционного права, поскольку именно через него раскрывается содержание взаимоотношений личности и государства. Современные конституции, несмотря на различия в правовых системах и исторических условиях их формирования, исходят из признания человека, его прав и свобод высшей ценностью.

Конституционно-правовой статус человека и гражданина представляет собой систему установленных конституцией страны, гарантированных и обеспеченных государством принципов, прав, свобод, обязанностей, гарантий, в соответствии с которыми индивид как субъект права определяет свое поведение в государстве и обществе. [5] Конституция выступает основным источником, определяющим содержание и пределы правового статуса, устанавливая фундаментальные принципы.

Конституция Российской Федерации закрепляет приоритет прав и свобод человека и гражданина. В соответствии со статьей 2: человек, его права и свободы являются высшей ценностью, а их признание, соблюдение и защита — обязанность государства [1]. Глава 2 Конституции РФ содержит развернутый перечень прав и свобод, охватывающий личную, политическую, социально-экономическую и культурную сферы. Важной особенностью российского конституционного регулирования в соответствии с 17 статьей является признание основных прав и свобод неотчуждаемыми и принадлежащими каждому от рождения, что исключает возможность их произвольного ограничения со стороны государства.

Принцип равенства закреплен в статье 19, согласно которой все равны перед законом и судом, а государство гарантирует равенство прав и свобод независимо от пола, расы, языка, национальности, происхождения и иных обстоятельств. Однако они могут быть ограничены федеральным законом, если это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

Существенное значение имеет положение статьи 18 Конституции РФ, согласно которому права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими и определяющими смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, органов местного самоуправления и обеспечивается правосудием. Данное положение ориентирует всю правовую систему на их приоритетную защиту и придает им системообразующий характер.

Статья 21 отражает гуманистическую направленность Основного закона, закрепляя принцип охраны достоинства личности государством, а также устанавливает запрет на пытки, насилие и иные формы жестокого или унижающего человеческое достоинство обращения и наказания, равно как и недопустимость проведения различных опытов без добровольного согласия.

Схожие подходы к признанию достоинства личности и основных прав человека прослеживаются и в конституционном регулировании Республики Корея, однако соответствующая модель имеет свои особенности. Конституция Республики Корея в статье 10 закрепляет чувство собственного достоинства и стремления к счастью. Все граждане имеют человеческую ценностью и достоинство, а также право на достижение личного счастья, а обязанностью государства является укрепление и охрана фундаментальных и неприкосновенных права каждого человека [2].

Принцип равенства, закрепленный в статье 11, гласит, что все граждане равны перед законом, а также запрещена дискриминация человека в связи с его половой, религиозной или социальной принадлежностью и ни одна каста не может быть признана привилегированной. Глава II Конституции подробно регулирует систему прав и обязанностей.

Значимым отличием в Конституции Республики Корея является сочетание прав и обязанностей граждан. В соответствии со ст. 32 все без исключения граждане имеют право на труд. Однако в части 2 данной статьи указывается, что «труд является обязанностью всех без исключения граждан». Государство определяет правила, сообразно каковым граждане исполняют свою потребность работать. Однако наказания за отказ от трудовых отношений не предусмотрено. [4, с. 55]

В сфере охраны личной свободы и личные неприкосновенности конституциям содержит развёрнутую систему гарантии, связанную с осуществлением правосудия и деятельностью правоохранительных органов. Статьи 12 и 13 закрепляет запрет произвольных арестов и обысков. Отличием корейской конституционной модели является пункт 3 статьи 12, который предусматривает возможность получение ордера на арест после заключения под стражу или обыска в случаях, если лицо задержано непосредственно на месте совершения преступления либо если за совершенное деяние предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок три года и более, а также при наличии оснований полагают, что лицо может скрыться от правосудия или уничтожить улики.

Конституционно-правовой статус человека и гражданина в Южно-Африканской Республике получил наиболее детализированное закрепление по сравнению с другими рассматриваемыми государствами. Билль о правах, занимающий 2 раздел Конституции, является «краеугольным камнем демократии» и распространяет свое действие на все сферы общественных отношений [3]. Согласно статье 7, Билль закрепляет права всего народа страны и обязывает государство уважать, защищать и содействовать их реализации.

Принцип равенства получил широкое развитие в статье 9 Конституции ЮАР, которая не только провозглашает равенство всех перед законом, но и допускает принятие специальных мер на уровне национального законодательства, направленных на устранение последствий несправедливой дискриминации.

Значительное место в системе конституционно-правового статуса занимают социально-экономические права. Так, статья 26 провозглашает право каждого на приобретение жилья и возлагает на государство обязанность принимать законодательные и иные меры, в пределах доступных ресурсов, для реализации данного права, одновременно устанавливая гарантии от произвольного выселения. Статья 27 Конституции ЮАР закрепляет право каждого на услуги здравоохранения, достаточное питание, воду и социальную безопасность, а также обязанность государства обеспечивать прогрессивную реализацию указанных прав.

Принцип разумности ограничения прав и свобод закрепляется 36 статьей Конституции ЮАР. Права, содержащиеся в Билле, могут быть ограничены исключительно на основании закона общего применения и лишь в той мере, в какой оправдано в демократическом обществе, основанном на принципах человеческого достоинства, равенства и свободы. Ограничения прав и свобод выступают обязательным элементом конституционно-правового статуса личности и направлены на обеспечение баланса между интересами личности, общества и государства. В научной доктрине подчёркивается, что именно характер и пределы таких ограничений позволяют оценить реальный уровень защиты прав человека в конкретной правовой системе [6].

Сравнительный анализ конституционно-правового статуса человека и гражданина в Российской Федерации, Республике Корея и Южно-Африканской Республике позволяет выявить как общие тенденции и принципы конституционного регулирования, так и различия в подходах к закреплению и реализации прав личности, обусловленные историческими, социальными и правовыми особенностями развития каждого государства.

Для всех трёх стран характерно признание прав и свобод человека высшей конституционной ценностью и возложение на государство обязанности по их признанию, соблюдению и защите. Во всех рассматриваемых Конституциях также закреплён принцип равенства перед законом и запрет на дискриминацию, что свидетельствуют о стремление к обеспечению равных прав и свобод для всех граждан и защите их от любых форм ущемления.

Вместе с тем подходы к реализации и обеспечению конституционно-правового статуса личности имеют существенные различия. Российская Федерация исходит из концепции неотчуждаемости прав и свобод, принадлежащих каждому от рождения, и придаёт им непосредственно действующий характер. Это обеспечивает приоритет прав человека в системе публичной власти и ориентирует правоприменительную практику на их прямую защиту.

Особенностью конституционно-правового статуса личности в Республике Корея является сочетание прав и обязанностей граждан. В научной литературе подчёркивается, что обязанности выступают самостоятельным элементом правового статуса личности и направлены на обеспечение баланса между интересами личности и государства [4]. Отличием также является наличие конституционно установленного исключения из общего правила судебного контроля за арестом и обыском, допускающего получение ордера после задержания при наличии строго определённых условий. Данный механизм направлен на обеспечение баланса между защитой личной свободы и интересами общественной безопасности.

Южно-Африканская Республика демонстрирует наиболее социально ориентированную модель конституционно-правового статуса личности. Билль о правах содержит расширенный перечень социально-экономических прав, реализация которых рассматривается как конституционная обязанность государства. При этом Конституция ЮАР сочетает широкие социальные гарантии с чётко сформулированными критериями допустимого ограничения прав.

Проведённый анализ показывает, что конституционно-правовой статус личности в Российской Федерации, Республике Корея и Южно-Африканской Республике основан на признании прав и свобод высшей ценностью. При этом каждая модель отражает особенности развития каждого государства.

Выявленные в ходе исследования различия подтверждают, что конституционно-правовой статус личности выступает не только юридической категорией, но и отражением социально-политических приоритетов конкретного государства.

Литература:

1. Конституция Российской Федерации: принята всенародным голосованием 12 декабря 1993 года: с изменениями, одобренными в ходе общероссийского голосования 14 марта 2020 года // Собрание законодательства Российской Федерации, 2020, № 11, ст. 1416.
2. Конституция Республики Корея: принята 17 июля 1948 года. — Текст: электронный // Библиотека Конституций Пашкова Романа: [сайт]. — URL: https://worldconstitutions.ru/?p=35&ysclid=mkk3djwmfa491138916 (дата обращения: 19.01.2026).
3. Конституция Южно-Африканской Республики: принята 8 мая 1996 года. — Текст: электронный // Россия: Библиотека Пашкова: [сайт]. — URL: https://constitutions.ru/?p=132&ysclid=mklmiaxq2322520056 (дата обращения: 19.01.2026).
4. Афамготов Э. М., Гайдарева И. И., Мамишева З. А. Защита прав и свобод личности в конституциях Южной Кореи и России (отдельные положения) // Вопросы российского и международного права. — 2023. — Том 13. — № 1A-2A. — С. 53–59.
5. Мельникова, О. В. Конституционно-правовой статус человека и гражданина в Российской Федерации и его обеспечение / О. В. Мельникова. — Текст: непосредственный // Молодой ученый. — 2019. — № 47 (285). — С. 331–334. — URL: https://moluch.ru/archive/285/64177.
6. Юровский, А. В. Сравнительная характеристика конституционно-правового статуса личности в государствах современного мира / А. В. Юровский. — Текст: непосредственный // Сибирский юридический вестник. — 2015. — № 4(71). — С. 132–137.