В современную эпоху стремительной цифровизации и глобализации коммуникационных процессов особую значимость приобретают вопросы сохранения глубины и эффективности межличностного взаимодействия. Это становится критически важным в помогающих профессиях, где качество контакта напрямую определяет результат работы. Пандемия 2020 года стала катализатором масштабного перехода психологического консультирования в онлайн-среду, выдвинув на первый план такой формат, как видео-консультирование . Данный формат представляет собой не простой перенос очного общения в цифровое пространство, а качественно новую коммуникативную систему, обладающую уникальными возможностями и специфическими ограничениями.

Под коммуникацией мы понимаем комплексный процесс передачи и обмена разнообразной информацией, включая идеи, эмоции, навыки и знания, посредством различных символов, слов, изображений, телодвижений и жестов, организованный с целью повлиять на восприятие, убеждения или поведение другого субъекта, создать общее понимание и обеспечить эффективное сотрудничество в социальной и профессиональной деятельности. В структуре коммуникации традиционно выделяют вербальный (словесный) и невербальный компоненты. Невербальная коммуникация —это передача информации через знаки и символы вне словесной формы, включающая жесты, мимику , пантомимику, голосовые характеристики (тембр, темп, пауза) и организацию пространства общения. Она дополняет речь, передает эмоциональные оттенки и способствует лучшему пониманию собеседника.

Понимание невербальной коммуникации было бы неполным без рассмотрения ее роли в развитии человека. В онтогенезе невербальные средства общения предшествуют вербальным, что подтверждается данными антропологии. Известно, что в ходе индивидуального формирования, или онтогенеза, невербальные способы общения возникают раньше вербальных, что подтверждают исследования антропологов. Это проявляется, например, в ходе эволюционного процесса, где большое значение имели жесты, мимические выражения и даже примитивные формы искусства вроде наскальных рисунков. Примечательно, что дети ещё до появления речи активно используют разнообразные невербальные проявления: младенец общается с миром через плач, улыбку, движения тела задолго до того, как произнесет первое слово. Родитель интуитивно считывает эти сигналы, формируя первичную привязанность — фундамент психического здоровья. Этот довербальный, телесный диалог закладывает базовые паттерны контакта, доверия и эмоциональной регуляции.

Чарльз Дарвин в работе «Выражение эмоций у человека и животных» (1872) [4] заложил основы научного изучения универсальных, биологически обусловленных выражений лица. Из результатов исследования Альберта Мехрабиану [12], который в конце 1960 — х годов вывел правило «Правило 7 %-38 %-55 %», где

– 7 % информации извлекается из слов (вербальный компонент).

– 38 % — из тона голоса (вокальный компонент, паралингвистика).

– 55 % — из выражения лица (невербальный компонент).

Это касается не любой иформации, а только передачи чувств и отношений в ситуации, когда тон и выражение лица противоречат друг другу. Хотя цифры А.Мехрабиана некорректно обобщать, его главный вывод верен: для передачи эмоций, установления доверия, демонстрации отношения невербальные каналы (особенно лицо и голос) часто являются более надежными и значимыми, чем слова. Именно в этой области лежат основные открытия Пола Экмана [13].

Он дал науке инструмент (Система кодирования лицевых движений — FACS) для объективного анализа самого мощного невербального канала — мимики . Он показал, что микровыражения (длящиеся 1/25 секунды) могут выдать истинную эмоцию, которую человек пытается скрыть. Его работы доказали, что некоторые выражения лица (для эмоций гнева, страха, отвращения, удивления, печали и радости) являются врожденными и узнаваемыми представителями разных культур, включая изолированные племена.

С точки зрения Барабанщикова В. А. [6], во время коммуникативного события любое самопроявление коммуникантов становится проявлением взаимодействия я и другого в том числе и в виртуальном пространстве. Акцент делается на выражении лица, которое представлено как многомерная система, внутри которой в разных сочетаниях получают представление о партнере как индивидуальности. Автор выделяет ряд обстоятельств, которые необходимо учитывать при анализе движения лица.

1. Динамическое и статическое проявление мимики принципиально отличаются, суммирование статических срезов экспрессии не отражает самой экспрессии.
2. Интенсивность эмоции влияет на маску выражения лица: чем менее ярко выражена эмоция, тем больше усилий надо потратить на ее распознавание. А при сильном эмоциональном проявлении пикторгамма эмоции идентифицируется, например, при выражении гнева, отвращения, радости и удивления.
3. При распознавании слабых динамических экспрессий лица снижается его точность.

В. А. Барабанщиков [1] рассматривает лицо как «уникальный источник информации о внутреннем мире человека, «состояние души».

В контексте видео-консультаций это самая видимая часть тела. Многие ученые прослеживают взаимосвязь между переживаниями человека и мимикой , замечают отражение индивидуально-психологических характеристик личности.

Невербальные средства общения не ограничиваются только мимикой . Тело человека целиком откликается на коммуникацию. В эту систему входит «моторика различных частей тела (рук — жесты, лица — мимику и тела — позы — пантомимику). Л. М. Щипицина и О. В. Защиринская [11] в своем исследовании переносят «фокус наблюдения с лица на его тело и движения — позы, стиль поведения». Авторы считают, что позы являются неосознанным выражением эмоционального состояния и в то же время значение и смысл позы так же интуитивно считываются респондентом. Скрюченная, напряженная или зажатая поза дает нам информацию, что человеку явно дискомфортно.

Как отмечает Е. И. Чиркова [10], общение выступает средством регуляции поведения, и в процессе взаимодействия усиливается самоконтроль и саморегуляция участников. Это означает, что клиент может как сознательно, так и бессознательно контролировать свои невербальные проявления, что делает задачу психолога по пониманию истинных переживаний особенно сложной и тонкой.

На основе вышесказанного можно выделить основные функции невербальной коммуникации в помогающем диалоге:

– Дублирование и дополнение речи: Жест может указывать на предмет, о котором идет речь («такая большая»), а тон голоса — уточнять смысл сказанного (ирония, сомнение).

– Опровержение вербального сообщения: Противоречие между словами («Я спокоен») и дрожащим голосом, бегающим взглядом или скрещенными руками выдает истинное эмоциональное состояние.

– Регуляция взаимодействия: Кивок, взгляд, изменение позы или интонации сигнализируют о желании взять слово, поддержать собеседника или завершить контакт.

– Выражение эмоций и отношений: Это ключевая функция в психотерапии. Улыбка, мягкий тон, открытая поза передают эмпатию и принятие, способствуя формированию доверия.

– Создание и поддержание рабочего альянса: Синхронизация движений (зеркалирование позы, ритма дыхания на неосознанном уровне) способствует установлению раппорта и чувства общности.

Понимание того, как мозг обрабатывает невербальную информацию, позволяет глубже осознать вызовы видео-формата. В очном общении за распознавание и интерпретацию невербальных сигналов отвечает сложная сеть мозговых структур, включающая:

– Амигдала (миндалевидное тело): Мгновенно, бессознательно оценивает эмоциональную значимость стимула, особенно выражений лица (угроза, безопасность) [5].

– Верхняя височная борозда (STS): Ключевая область для восприятия биологического движения, направления взгляда и динамики лицевых экспрессий [8].

– Зеркальные нейроны : Активны как при выполнении действия, так и при наблюдении за его выполнением другим. Считается, что они лежат в основе эмпатии, понимания намерений и невербального подражания (синхронизации) [9].

В условиях видео-консультирования происходит сбой в работе этой отлаженной системы [2, 3]:

1. Обедненный сенсорный вход: мозг получает не многомерный поток данных (зрение, звук, запах, тактильные ощущения пространства), а уплощенную, двухмерную картинку и звук, зачастую с помехами. Для обработки такого «неполноценного» сигнала требуются дополнительные когнитивные усилия.
2. Нарушение обработки взгляда: в живой беседе мы легко различаем, куда смотрит собеседник (на нас, в сторону, на предмет). На экране, чтобы создать иллюзию контакта глаз, человек смотрит в камеру, а не на изображение собеседника. Наш мозг, однако, эволюционно не приспособлен к такому паттерну. Исследования получают противоречивую информацию: глаза на экране кажутся смотрящими прямо, но мы не чувствуем полного визуального соединения, что может вызывать подсознательный дискомфорт и чувство фальши.
3. Трудности с эмпатической резонансностью: работа зеркальных нейронных систем может быть ослаблена из-за «дистанции» и искусственности контакта. Полноценное «отзеркаливание» и чувствование состояния другого затруднено, когда мы видим не целостного человека в реальном пространстве, а его пиксельное изображение в рамке монитора.

Это нейрофизиологическое обоснование объясняет, почему «цифровая усталость» — это не просто субъективное ощущение, а результат объективной перегрузки систем восприятия мозга, вынужденных работать в непривычном, обедненном режиме с постоянной необходимостью компенсации.

Видеоконсультирование — это метод оказания психологической помощи в режиме реального времени через видеосвязь, обеспечивающий интерактивное взаимодействие с сохранением визуальной составляющей. Этот формат порождает новую коммуникативную систему со своими законами, где невербальная коммуникация трансформируется, приобретая как уникальные возможности, так и существенные ограничения.

К ключевым преимуществам, потенциально усиливающим определенные аспекты невербального контакта, можно отнести:

1. Оптимизация визуального кадра за счет «гипервзгляда» и крупного плана. Технические возможности платформ (портретный режим, фиксация на говорящем) искусственно приближают лица участников друг к другу. Прямой взгляд в камеру, интерпретируемый как контакт глаз, может восприниматься даже более интенсивно и непрерывно, чем в живой беседе, где естественно отведение взгляда. Этот феномен «гипервзгляда» в ряде случаев усиливает ощущение вовлеченности и эмпатического контакта. Крупный план позволяет лучше замечать микровыражения лица и тонкие изменения мимики, которые при очной встрече на дистанции в 2–3 метра могут быть менее различимы.
2. Контролируемая проксемика и визуальный фон. Участники получают уникальную возможность управлять тем, что видит собеседник. Клиент может выбрать значимый или нейтральный фон, настроить освещение. Консультант может минимизировать отвлекающие элементы в кадре, фокусируя внимание клиента на своем лице и верхней части тела. Это создает управляемую визуальную среду, где ключевые невербальные сигналы (мимика, жесты головы и рук) могут восприниматься более сконцентрировано, без влияния интерьера офиса.
3. Возможность самонаблюдения и рефлексии. Функция «себя в кадре» (self-view) предоставляет участникам инструмент для мгновенной невербальной обратной связи. Консультант и клиент могут наблюдать за собственными реакциями — выражением лица, позой, — что способствует повышению осознанности в коммуникации. Для консультанта это также инструмент самоконтроля и коррекции собственного невербального поведения в ходе сессии.
4. Расширение пространственных границ и комфорт. Онлайн-консультации позволяют получать помощь независимо от географического расположения. Клиент может находиться в привычной, безопасной обстановке (дома), что снижает уровень первичного стресса, связанного с походом в незнакомое учреждение, и способствует большей открытости и спонтанности на ранних этапах работы.
5. Комфортная обстановка. Многие клиенты чувствуют себя комфортнее в привычной домашней обстановке, что снижает уровень стресса и тревоги, способствуя более открытому взаимодействию с психологом. Оба участника терапии могут больше позаботиться о себе, создавая благоприятные условия для совместной работы. Клиент и консультант взаимодействуют из привычных, а иногда и специально организованных безопасных пространств (свои дома, кабинеты). Это может снижать уровень первичного стресса, связанного с походом в незнакомое учреждение, и способствовать большей спонтанности в невербальном поведении на ранних этапах работы.
6. Экономия времени и ресурсов. Отсутствует необходимость тратить время и средства на дорогу до кабинета специалиста. Онлайн-консультации позволяют получать психологическую помощь независимо от местоположения клиента и психолога. Это особенно актуально для людей, проживающих в удаленных регионах или имеющих ограниченную мобильность. Клиент может получить консультацию из дома или в удобном месте, экономя силы и деньги. Для консультанта это обстоятельство так же является важным фактором, что позволяет ему принимать большее количество клиентов.

Ограничения и искажения невербальной коммуникации в видео-формате

Однако трансформация носит не только позитивный характер. Цифровая среда накладывает ряд серьезных ограничений, обедняющих и искажающих целостный невербальный поток.

– Обеднение сенсорного поля и фрагментация восприятия. Это ключевое ограничение. Камера передает лишь малую часть информационного потока:

– Ограниченное поле зрения: Жесты, выходящие за рамки кадра (ниже пояса), поза целиком, движения ног (проявление беспокойства) остаются невидимыми. Психолог видит не целостный образ клиента, а его «портрет», лишаясь контекстуальной информации от тела.

– Искажение проксемики : Невозможно адекватно оценить реальную дистанцию между собеседниками и их расположение в пространстве. Иллюзия близости (крупный план) сочетается с физической удаленностью.

– Утрата тактильной и обонятельной информации: Такие важные контекстуальные элементы, как энергетика общего пространства, полностью теряются.

Технические артефакты как источник искажения. Качество связи напрямую влияет на качество невербальной коммуникации :

– Задержка звука и изображения (лаг): Разрушает естественный ритм диалога, приводит к накладкам речи, делает паузы неоднозначными (техническая пауза или содержательное молчание).

– Ухудшение качества изображения/звука: «Смазывает» мимику, делает голос металлическим, обедняя паралингвистику (тембр, интонационные нюансы).

– Эффект «заморозки» изображения: Может быть ошибочно интерпретирован как сильная эмоциональная реакция (оцепенение, шок).

1. Нарушение естественных паттернов невербального взаимодействия. Для поддержания иллюзии зрительного контакта участникам приходится смотреть в камеру, а не на изображение собеседника на экране. Это противоестественный, энергозатратный процесс, нарушающий привычную механику диалога. Жестикуляция и поза могут интуитивно адаптироваться под границы кадра, становятся менее спонтанными, «калиброванными».
2. Повышенная когнитивная нагрузка. Мозгу участников приходится затрачивать дополнительные ресурсы на компенсацию недостающей информации, фильтрацию технических шумов и адаптацию к новым правилам взаимодействия. Это приводит к более быстрой утомляемости («цифровая усталость»), что негативно сказывается на способности тонко воспринимать и интерпретировать невербальные сигналы.
3. Феномен «цифровой усталости» (Zoom Fatigue). Специфическим следствием особенностей видео-коммуникации является феномен, известный как «цифровая» или «зум-усталость» [7]. Исследования показывают, что видеозвонки требуют от мозга значительно больше когнитивных ресурсов, чем живое общение.

Таким образом, видео-консультирование представляет собой не механический перенос очного формата в цифровое пространство, а качественно новую коммуникативную систему, требующую осмысленной адаптации. Анализ показал, что невербальная коммуникация в этом формате подвергается глубокой трансформации, приобретая парадоксальный характер. С одной стороны, технические возможности (крупный план, «гипервзгляд», контролируемый фон) позволяют гиперфокусироваться на мимике и паралингвистике, усиливая визуальную вовлеченность и предоставляя инструменты для рефлексии. С другой стороны, среда накладывает фундаментальные ограничения: обеднение сенсорного поля, фрагментация изображения, нарушение естественных паттернов взгляда и работы зеркальных нейронных систем, что приводит к повышенной когнитивной нагрузке и феномену «цифровой усталости».

Это создает для психолога-консультанта двойную задачу. Во-первых, необходимо развить специфическую компетенцию по «считыванию» и интерпретации невербальных сигналов в условиях их технического искажения и ограниченности. Во-вторых, требуется осознанно компенсировать потерю целостного телесного контакта, активируя иные каналы установления раппорта и эмпатической связи. Эффективность видео-консультирования, следовательно, зависит не только от технической грамотности, но и от глубинного понимания психологом трансформированной природы невербального диалога в цифровой среде и целенаправленного использования его уникальных возможностей для поддержания глубины терапевтического альянса.

Литература:

1. Барабанщиков В. А. Динамика восприятия выражений лица. Когито-Центр 2016.- 384 с
2. Белинская Е. П., Жичкина А. Е. Современные исследования виртуальной коммуникации: проблемы, гипотезы, результаты. — М.: НИУ ВШЭ, 2014. — 195 с.
3. Войскунский А. Е. Общение, опосредствованное компьютером: история, гипотезы, исследования // Национальный психологический журнал. — 2021. — № 1 (41). — С. 3–15. DOI: 10.11621/npj.2021.0101
4. Дарвин Ч. Выражение эмоций у человека и животных. Перевод Н. Р. Ремизова-Довгелло. Москва, Наука, 1991 г.-360 с.
5. Костандов Э. А. Психофизиология сознания и бессознательного. — СПб.: Питер, 2004. — 176 с.
6. Редактор Барабанщиков В. А. Когнитивные механизмы невербальной коммуникации. Москва: Когито-Центр, 2017.- 360с.
7. Статья «Что такое зум-усталость и как с ней справляться». Портал «Здоровье на работе» 31.03.24 https://artes.su/chto-takoe-zoom-ustalost-i-kak-s-ney-spravlyatsya/
8. Стрижова Е. А., Ковязина М. С. Восприятие биологического движения: нейропсихологический подход. // Национальный психологический журнал. — 2015. — № 3(19). — С. 62–73. DOI: 10.11621/npj.2015.0307
9. Черниговская Т. В. «Зеркальные нейроны» и происхождение языка и сознания. // В кн.: Язык и сознание: что говорят нам новые исследования. — М.: ЛЕНАНД, 2021. — С. 17–37. (Серия «Язык. Семиотика. Культура»).
10. Чиркова Е. И. Внимание, невербалика! Невербальные средства коммуникации при обучении иностранному языку. Санкт-Петербург: КАРО, 2024.- 272 с.
11. Шипицына Л. М., Защиринская О. В. Исследование когнитивных особенностей невербальной коммуникации у детей с умственной отсталостью. Методика «Позы человека». Санкт-Петербург: Институт специальной педагогики и психологии, 2007.-24 с.
12. Albert Mehrabian. Silent Messages: Implicit Communication of Emotions and Attitudes. Wadsworth Publishing Company, 1971.- 160 с.
13. P Ekman What the face reveals: Basic and applied studies of spontaneous expression using the Facial Action Coding System (FACS) P Ekman, EL Rosenberg — 1997 — books.google.com.-584 с.