Война способствовала появлению новых категорий преступлений. При их расследовании появились процессуальные особенности, с которыми органы следствия не сталкивались в мирное время.

Значимой проблемой с началом войны стала борьба с воинскими преступлениями (дезертирство, уклонение от мобилизации, самовольное оставление воинской части и др.), получившие распространения в связи с экстремальными условиями войны, нехваткой дисциплины среди новобранцев, а также вследствие жестоких мер со стороны командования. Например, в конце 1942 г. в Орске задержали лейтенанта 237-й стрелковой дивизии К. А. Киселева и техника А. Д. Денисова. Расследование показало, что весной 1942 г. они похитили бланки со штампами Спитовского райвоенкомата и подделывали справки об освобождении от службы. Преступники осуждены по ст. 193–12 УК РСФСР за уклонение от военной службы путём подлога [5, c. 34].

В соответствии с п. 7 Указа Президиума ВС СССР от 22.06.1941 «О военном положении» в местностях, объявленных на военном положении, все дела о преступлениях, направленных против обороны, общественного порядка и государственной безопасности, передавались на рассмотрение военных трибуналов, а именно дела о государственных преступлениях; о преступлениях, совершенных военнослужащими; дела о разбое; об умышленных убийствах и др. [1]. В соответствии с п. 3 данного Указа в местностях, объявленных на военном положении, военным властям было предоставлено право на обыск «подозрительных лиц» без какого-либо ограничения по времени. Этим же пунктом упрощается применение подписки о невыезде, она могла применяться без всяких условий. Помимо этого, была введена новая мера принуждения — выселение.

Сотрудникам следственных органов приходилось работать до 11–12 ночи без выходных, в тяжёлых бытовых условиях. На одного молодого следователя приходилось 20–25 уголовных дел в месяц [10, с. 69]. «Работал я по 12 часов и всё равно не успевал», — вспоминал Михаил Иванович Гужавин, помощник прокурора Кузнечихинского района Татарской АССР [10, с. 43].

Уголовные дела, передаваемые военным трибуналам, могли быть рассмотрены в течение 24 часов с момента вручения обвинительного заключения обвиняемому. Приговоры трибуналов кассационному обжалованию не подлежали, вступали в силу и приводились в исполнение немедленно. Исключение было сделано только для приговоров, по которым наказанием был расстрел. В этом случае телеграммой уведомлялся Председатель Военной коллегии Верховного суда СССР. Если в течение 3 суток не поступал ответ, то приговор приводился в исполнение. Исполнение к расстрелу могло приостанавливаться командующими и военными советами фронтов и армий. Приговоры трибуналов могли быть отменены или изменены только в порядке надзора [10, с. 112].

Так, например, Трибунал НКВД приговорил руководство обувной фабрики № 2 за бегство с работы и растраты: директора Варламова, начальника цеха Евплова и технорука Саранцева — к расстрелу; снабженца Гершензона и экономиста Ильина — к 10 годам лагерей. Поводом стало незаконное закрытие предприятия в октябре 1941 года. [8]

Отдельно отметим военные преступления, которые стали новой вехой в деятельности органов предварительного следствия, отражая изменения уголовного и уголовно-процессуального права, вызванные вторжением немецко-фашистских захватчиков.

Военные преступления представляют собой деяния, нарушающие законы войны, а именно: пытки, истязания и убийства мирных жителей; насильственный увод в рабство; разграбление сел и городов; разрушение памятников искусства и культуры; жестокое обращение с военнопленными, заложниками и др. Особенностью данной категории преступлений является и тот факт, что такой формулировки в годы войны не существовало и во всех источниках встречается такое обозначение преступлений как «злодеяния немецко-фашистских захватчиков и их сообщников» [3]. Иллюстрирует жестокость немецких захватчиков события 6 января 1942 года, где после массового убийства семи тысяч мирных жителей Керчи, сброшенных нацистами в Багеровский ров, советское правительство направило иностранным послам ноту НКИД. В документе осуждались массовые грабежи, уничтожение мирного населения и чудовищные преступления немецких оккупантов на захваченных советских территориях [9, c. 39]

2 ноября 1942 года указом Президиума Верховного Совета СССР была создана специализированная комиссия Верховного совета СССР, которая называлась «Государственная Чрезвычайная комиссия по установлению и расследованию злодеяний, совершенных немецко-фашистскими захватчиками их сообщников и причинённого ими ущерба гражданам, колхозам, общественным организациям, государственным предприятиям и учреждениям СССР» [3].

Процессуальные действия военных следователей в составе чрезвычайных комиссий включали: осмотр мест преступлений; эксгумацию жертв массовых расправ; допросы пострадавших и свидетелей; изъятие документальных доказательств. Они также составляли акты о злодеяниях нацистов, итоговые заключения по расследуемым эпизодам. Готовые материалы направлялись через прокурорскую вертикаль в Государственную Чрезвычайную комиссию для централизованного учета военных преступлений.

Особенностями расследования военных преступлений являлось то, что законодательно закреплялся короткий срок расследования — 5 суток, которого не придерживались из-за большой нагрузки на следственные органы. Для некоторых преступлений, расследование было сокращено до 3 суток или до нескольких часов. В 1943 году была одобрена постановлением СНК СССР от 17.06.1943 года «Инструкция о порядке установления и расследования злодеяний немецко-фашистских захватчиков и их сообщников», согласно которой установлению подлежали: а) факты убийств мирных граждан, насилия, издевательств и пыток, учиненных немецко-фашистскими оккупантами; б) факты увода советских людей в немецкое рабство; в) факты пыток, истязаний и убийств, учиненных над пленными больными и ранеными советскими военнослужащими. Указанные факты подлежали установлению актами на основании заявлений советских граждан, опроса потерпевших, свидетелей, врачебной экспертизы, а также осмотра места, в котором совершено это злодеяние. Предъявлялись и требования к актам: они должны были содержать в себе, по возможности, точное описание совершенных преступлений, времени, места и способов их совершения с указанием фамилии, имени и отчества, местожительства лиц, удостоверяющих факт совершенного злодеяния с подписью лиц, принимавшими участие в их составлении и приложением всех относящихся к делу документов. [2]

Сложности в расследовании военных преступлений вызывали такие факторы как массовость данной категории преступлений; разорванность во времени с момента совершения деяния и до момента обнаружения вследствие оккупации территории; трудности в собирании доказательств опосредованные совершением преступлений одним лицом на территории разных административных образований; сложности в определении степени виновности лиц; большое разнообразие следственных органов с пересечением их функций. [7, c. 74]

В целом следователи выполняли свою работу добросовестно и самоотверженно, отстаивая интересы граждан и государства. Однако их деятельность проходила в крайне сложных условиях военного времени: страна испытывала острую нехватку квалифицированных специалистов — многие ушли на фронт, часть погибла или получила ранения, некоторые подверглись репрессиям. Высокая нагрузка, нехватка ресурсов и оборудования также затрудняли расследование. Всё это привело к тому, что злоупотреблений и ошибок в тот период было значительно больше по сравнению с мирным временем. Расследование военных преступлений нередко сопровождалось процессуальными нарушениями: аресты проводились без прокурорской санкц и и; допросы свидетелей носили формальный характер; не устанавливались детали преступлений (время, место, обстоятельства); обвиняемых допрашивали лишь об их отношении к предъявленным обвинениям. Многие дела ограничивались минимальными показаниями обвиняемого, формальной справкой о его должности в оккупационный период. Зачастую осуществлялся недостаточный сбор вещественных доказательств, неполное установление круга виновных лиц.

Литература:

1. О военном положении: указ Президиума ВС СССР от 22.06.1941 (с изм. от 07.07.1943) // КонсультантПлюс: справ. правовая система. — Версия Проф. — М., 2025. — Режим доступа: локальная сеть Науч. б-ки Том. гос. ун-та
2. О порядке установления и расследования злодеяний немецко-фашистских захватчиков и их сообщников. 17 июня 1943 г.: инструкция Совета Народных Комиссаров СССР от 17 июня 1943 г. / [Электронный ресурс] // Электронная библиотека исторических документов: [сайт]. — URL: https://docs.historyrussia.org/ru/nodes/244236-instruktsiya-soveta-narodnyh-komissarov-sssr-o-poryadke-ustanovleniya-i-rassledovaniya-zlodeyaniy-nemetsko-fashistskih-zahvatchikov-i-ih-soobschnikov-17-iyunya-1943-g (дата обращения: 07.04.2025). — Утратил силу.
3. Об образовании чрезвычайной государственной комиссии по установлению и расследованию злодеяний немецко-фашистских захватчиков и их сообщников и причиненного ими ущерба гражданам, колхозам, общественным организациям, государственным предприятиям и учреждениям СССР: указ Президиума ВС СССР от 02.11.1942 № 160/17 // [Электронный ресурс] // ФГБУ «Президентская библиотека имени Б. Н. Ельцина»: [сайт]. — URL: https://www.prlib.ru/item/1351285 (дата обращения: 07.04.2025). — Утратил силу.
4. Абидулин К. М. Работа органов НКВД по раскрытию экономических преступлений в г. Саратове и Саратовской области в годы Великой Отечественной войны / Абидулин К. М // Вестник Нижегородского университета им. НИ Лобачевского. — 2015. — №. 5–6. — С. 13–18.
5. Блинова В. В., Хисамутдинова Р. Р. Великая Отечественная война и органы НКВД Южного Урала. — федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего образования» Оренбургский государственный педагогический университет», 2007. — С. 224–224.
6. Варенцова Л. Ю. Борьба со спекуляцией как одно из направлений деятельности милиции в СССР в годы Великой Отечественной войны (1941–1945 гг.) / Варенцова Л. Ю. // Российская полиция: три века служения Отечеству. — 2019. — С. 346–354.
7. Винокуров А. Ю. К вопросу о расследовании военных преступлений, совершенных в отношении гражданского населения СССР в годы Великой Отечественной войны // Вестник Университета прокуратуры Российской Федерации. — 2011. — №. 2 (22). — С. 72–77.
8. Газета «Звезда» № 251 от 23.10.1941 [электронный ресурс]. — Режим доступа: https://base.permgaspi.ru/zvezda/view?id=3415, свободный (дата обращения: 07.04.2025).
9. Кикнадзе В. Г. Без срока давности: расследование военных преступлений во время и после Второй мировой // Вопросы истории. — 2020. — №. 5. — С. 39.
10. Следствие в годы Великой Отечественной войны: материалы Международной научно-практической конференции (Санкт-Петербург, 15–16 октября 2020 г.). — СПб.: Санкт-Петербургская академия Следственного комитета, 2021. — 156 с.