Научно-исследовательский кабинет музыки и талышский музыкальный фольклор | Статья в журнале «Молодой ученый»

Отправьте статью сегодня! Журнал выйдет 27 апреля, печатный экземпляр отправим 1 мая.

Опубликовать статью в журнале

Автор:

Рубрика: История

Опубликовано в Молодой учёный №48 (495) декабрь 2023 г.

Дата публикации: 28.11.2023

Статья просмотрена: 11 раз

Библиографическое описание:

Алиев, Д. А. Научно-исследовательский кабинет музыки и талышский музыкальный фольклор / Д. А. Алиев. — Текст : непосредственный // Молодой ученый. — 2023. — № 48 (495). — С. 463-466. — URL: https://moluch.ru/archive/495/108316/ (дата обращения: 14.04.2024).



Талышский музыкальный фольклор, включающий в себя уникальные мелодии, ритмы и тексты, представляет собой духовное наследие, отражающее историю, традиции и образ жизни талышского народа. Поскольку талыши на протяжении столетий жили бок о бок с азербайджанским народом, талышский фольклор впитал в себя некоторые особенности азербайджанской музыкальной культуры и в то же время оказал определенное влияние на фольклор азербайджанцев. Открытие Научно-исследовательского кабинета музыки и его музыкально-этнографическая деятельность в Талышском крае относится к числу наименее исследованных тем в истории культуры Азербайджана [1] . В результате этого важного государственного мероприятия, имеющего огромное значение, исследование музыкального фольклора народов Азербайджана, в том числе и талышей, впервые в истории получило серьезную государственную поддержку. Кроме научной составляющей, актуальность данного исследования, на наш взгляд, заключается и в том, что оно заостряет внимание на сохранении этих уникальных музыкальных традиций, которые могут быть утрачены в результате современных социокультурных изменений.

Ключевые слова: талышский музыкальный фольклор, научно-исследовательский кабинет музыки, Бюльбюль, У. Гаджибеков, Ниязи, С. Рустамов, М. Насирли, Эртогрол Джавид, М. Асланлы.

Реализация Ленинской национальной политики в Азербайджане в первые 10 лет советской власти представляет собой особую специфику. Решения, принимаемые Революционным комитетом и затем Центральным исполнительным комитетом, а также центральными партийными органами в отношении развития образования и культуры, включали все национальные меньшинства, проживающие в республике. Однако на практике только такие этнические меньшинства, как немцы, русские, грузины, армяне, евреи не мусульмане и татары смогли извлечь из политики коренизации пользу. Исследователи объясняют это значительным различием в уровне грамотности между национальными меньшинствами, проживающими в Азербайджане [1]. Так, 76,9 % евреев не мусульман, 45,6 % немцев, 62,4 % русских, 44,3 % татар и 37,1 % грузин были грамотными, в то время как у горских евреев, талышей, татов, курдов, удинов, цахуров и аварцев уровень грамотности был очень низким. Большевистское руководство Азербайджана включило их в официально составленный в Москве список «культурно отсталых национальных меньшинств» [2] .

В июне 1931 года после III Республиканской конференции, посвященной повышению культурного уровня национальных меньшинств в Баку, были привлечены и ираноязычные и кавказоязычные национальные меньшинства страны. В районах компактного проживания были открыты начальные школы, начато издание газет на национальных языках, организованы педагогические курсы для обучения языкам национальных меньшинств.

Одним из важных мероприятий стало создание в Баку Научно-исследовательского кабинета музыки (в то время организацию сокращенно обозначали НИКмуз) при Азербайджанской государственной консерватории. Устав организации, подписанный 3 января 1928 года народным комиссаром просвещения Рухуллой Ахундовым, предусматривал «сбор песен и «музыку» национальных меньшинств, проживающих в Азербайджане, их систематизацию и нотацию, привлечение сотрудников консерватории и других специалистов в фольклорные экспедиции, проведение еженедельных собраний с ведением протоколов на тюркском и русском языках» и другие вопросы [3, стр. 37].

Заслугу Бюльбюля, вернувшегося после стажировки в Итальянской консерватории и в 1932 году ставшего преподавателем Азербайджанской консерватории, в оживлении работы Музыкального кабинета и его переходе к практической деятельности, безусловно, нельзя недооценивать.

Конечно, и до учреждения Музыкального кабинета проводилась определенная работа по сбору и исследованию музыкального фольклора национальных меньшинств в Азербайджане. Например, издание Обществом обследования и изучения Азербайджана сборников «Azərbaycan türk el nəğmələri» [4] [3] и «Talış mahnıları» [5] было важным событием в этом направлении.

Музыкальный кабинет, согласно уставу, придавал большое значение организации фольклорных экспедиций сотрудников консерватории и других музыковедов в районы компактного проживания национальных меньшинств. Молодые композиторы, такие как Ниязи, Фикрет Амиров, Саид Рустамов, Узеир Гаджибеков, Джахангир Джахангиров и другие, принимали активное участие в Талышской фольклорной экспедиции.

НИКмуз организовал первую фольклорную экспедицию в 1932 году в Карабах (Шушу); вторую — в Талыш (Ленкоранский, Астаринский и Масаллинский районы) в 1934 году под руководством Ниязи; третью — в Нуху в 1937 году под руководством композитора Гары Гараева; четвертую — под руководством Бюльбюля в Гянджу в 1938 году; пятую — в июле 1939 года в районы компактного проживания азербайджанцев в Армянской и Грузинской ССР под руководством З. Багирова. Однако, по мнению доктора искусствоведения Ф. Халикзаде, в 1930-е годы число таких фольклорно-этнографических экспедиций достигло 6 [6].

Основоположник азербайджанской профессиональной музыки У. Гаджибеков, который в 20–30-е годы серьезно занимался систематизацией азербайджанской народной музыки, несмотря на свою загруженность, несколько раз посещал Талышский регион. Не случайно, что элементы талышского музыкального фольклора часто присутствовали в его творчестве [7].

Частое использование народной музыки в творчестве У. Гаджибекова и М. Магомаева в свое время вызывало интересные дискуссии в азербайджанском музыковедении. Музыковед Х. Маликов установил, что некоторые музыкальные номера из оперетты «Аршин мал алан» были взяты из народной музыки целиком, а другие использовались частично [8].

Это подчеркивает значительное влияние народных мелодий и ритмов на творчество этих выдающихся музыкантов.

Кроме того, У. Гаджибеков в те годы обработал для хорового исполнения некоторые образцы талышской фольклорной музыки, такие как «Бери бах», «Аман нэнэ» и др. [9]. Он также выявил характерные особенности фольклорных песен «Аман нэнэ» и «Лэли» и определил, что они исполнены в стиле мугама Шур-Шахназ [10].

Согласно исследованию профессора Байрама Гусейнли, У. Гаджибеков высоко оценивал талышское музыкальное наследие и говорил, что «талышский музыкальный фольклор является неизведанным сокровищем музыкальной культуры Азербайджана» [11, стр. 22].

Период активной деятельности маэстро Ниязи (1912–1984), будущего народного артиста СССР, тоже совпал с тяжелым временем.

Творчество маэстро Ниязи в 1930-е годы открыло новые горизонты для азербайджанской фольклорной музыки и стало важной частью ее истории. Его произведения, основанные на музыкальном фольклоре народов Азербайджана, являются ярким примером гармоничного сочетания традиционных элементов и креативного подхода. Его работы отличались богатством и глубиной выражения, а также виртуозным использованием традиционных инструментов и гармонии.

Ноты и нотные тексты ряда произведений, созданных этим выдающимся художником, хранятся в Государственном музее музыкальной культуры Азербайджана, в архиве Института архитектуры и искусства Национальной академии наук и в его доме-музее в Баку.

В папке № 13, которая хранится в Музее музыкальной культуры страны, под названием «Талышские свадебные обряды ˝Аман нэнэ˝» записаны тексты и музыка 9 талышских песен и дано краткое описание талышского свадебного обряда [4] .

В том же архиве, в другой папке, приведены тексты еще двух талышских песен — «Ха лолум» и «Пароход» [5] , над которыми работал сам маэстро.

Кроме того, в 1935 году маэстро содействовал подготовке к записи на граммофон в Москве веселой песенки «Ядыма душду», исполняемой народной артисткой Азербайджанской Республики Сурайей Каджар.

Кстати отметим, что в духе времени и У. Гаджибеков, и Ниязи работали не только в области талышской тематики, но и в области народной музыки других национальных меньшинств Азербайджана [2, стр. 9]. Имеются архивные документы об их работе над лезгинским, аварским, татским, лакским и даже персидским музыкальным фольклором [6] .

Наверное, маэстро Ниязи не напрасно назвал свое первое крупномасштабное произведение «Загатальская сюита».

К сожалению, в связи с преобразованием Азербайджанской государственной консерватории в военный госпиталь во время Второй мировой войны многие источники, в том числе некоторые записи Ниязи об упомянутой экспедиции, были утеряны. Это лишь вопрос времени, когда специалисты, изучающие музыкальное наследие выдающегося артиста, откроют множество новых первоисточников в этой области.

Страшным фактом является то, что с конца 1930-х годов, когда была прекращена политика коренизации, те сочинения маэстро Ниязи остаются практически неизвестными.

Тем не менее музыкальные произведения Ниязи стали символом национального единства и культурного наследия Азербайджана. Они не только сохраняют и передают богатство азербайджанского фольклора, но и привлекают внимание мировой аудитории к этому уникальному музыкальному наследию.

Известно, что после принятия Конституции СССР в 1936 году, советская власть в Азербайджане отошла от национального образования, национальной печати и других основных принципов Ленинской национальной политики. Некоторым народам, в том числе талышам, просто отказывали в праве считаться отдельным народом и развивать свой язык. Однако, что удивительно, Музыкальный кабинет продолжал свою деятельность в соответствии с уставом, принятым в 1928 году, до начала 1940-х годов, когда единственного его сотрудника Эртогрола Джавида, сына выдающегося Азербайджанского поэта Гусейна Джавида, забрали в Красную армию, откуда он не вернулся. Э. Джавид под чутким руководством профессора Бюльбюля собрал, отредактировал и систематизировал не только песни национальных меньшинств, но и другие фольклорные элементы.

Правда, тогда из-за исключения из официального лексикона этнонимов национальных меньшинств Азербайджана исследователям приходилось различать материалы не по национальной, а по географической принадлежности. Например, вместо талышского фольклора ввели обозначение «масаллинский фольклор» [12].

Многие образцы талышского фольклора, собранные Мирказимом Асланлы (1912–1975), видным врачом, поэтом и музыковедом, под редакцией Эртогрола Джавида, были также отражены в 12-томном исследовании Г. Балаханлы. Точнее, их перевод на азербайджанский язык.

Кроме того, в упомянутом исследовании Г. Балаханлы в связи с изучением талышского музыкального фольклора упоминается и имя тогда еще совсем молодого Фикрета Амирова.

Наконец, отметим, что после некоторых структурных изменений Научно-исследовательский кабинет музыки в 1945 году стал Архитектурно-художественным институтом Академии наук Азербайджанской ССР. В 1955–1956 годах педагоги-музыковеды консерватории В. Исмайлов и Г. Бурштейн записали в Талышском крае значительный объем музыкального фольклора, хотя он был в основном связан с современной тематикой.

И с конца пятидесятых годов последовательные поездки сотрудников Архитектурно-художественного института А. Исазаде, Б. Гусейнли и Н. Мамедова в регион с целью изучения народно-танцевальных элементов привлекают внимание.

Тематика талышского музыкального фольклора и после отразилась и в отчетах названного выше института, и в отчетах консерватории словом «народная». Методологическая исследовательская работа, проводимая в отношении талышского музыкального фольклора НИКмузом согласно «генеральной линии партии», постепенно угасла.

В следующий раз Бакинская консерватория к этой теме вернулась только в 2014 году [13].

Таким образом, сохранение, исследование и систематизация талышского музыкального фольклора в профильном государственном учреждении имеет огромное значение не только для сохранения уникальных традиций этого этноса хотя бы в сегодняшнем состоянии, но и для обогащения культурного наследия полиэтнического Азербайджана и его вклада в мировую культуру.

Литература:

  1. Й.Баберовски. Враг есть везде. Сталинизм на Кавказе. (Перевод с немецкого В. Т. Алтухова). М., 2010.
  2. Niyazinin not əlyazmaları. Bakı, 2023.
  3. Azərbaycan Xalq Maarif Komissarlığının Bülleteni n.1 (33),1928.
  4. Azərbaycan türk el nəğmələri. Bakı, 1927. (Составители У.Гаджибеков и М.Магомаев.).
  5. Talış mahnıları. Bakı, 1931. (Составитель М.Насирли).
  6. «Musiqi dünyası» Beynəlxalq Musiqi Jurnalı. 2011-ci il.
  7. M.Talışlı. Əsərləri. Bakı, 2007.
  8. Х.Меликов. «Аршин мал алан» Узеира Гаджибекова. Баку, 1955.
  9. Ü.Hacıbəyov.Azərbaycan xalq mahnıları. Bakı, 1954.
  10. У.Гаджибеков. Первый народный хор Азербайджана. Журнал «Азербайджанская государственная филармония имени М.Магомаева». Баку, 1938.
  11. B. Hüseynli. Azərbaycan xalq rəqs melodiyaları. II dəftər. ˝Halay˝ mahnıları. Bakı, 1966
  12. G. Balaxanlı. Azərbaycanın qeyri-maddi abidələri və Ərtoğrol Cavid. Bakı, 2011.
  13. S. Fərziyeva. Doğma elin halayları. Bakı, 2014.
  14. B. Şahsoylu.Xalq mahnıları və oyun havaları. Bakı, 1975.

[1] Приятным исключением можно считать книгу «Нотные рукописи Ниязи (народные песни)», изданную в 2023 г. в Баку Институтом архитектуры и искусства НАНА под научной редакцией профессора Ирады Кочарли, где некоторые аспекты темы освещены.

[2] В указанный период центр выделил дополнительные средства в бюджеты республик с культурно отсталыми нацменьшинствами с целью скорейшей ликвидации этой отсталости, поэтому местные руководители всячески старались добиться такого статуса для «своих» нацменьшинств.

[3] Здесь под № 26 числится песня «Айын айдынлыгы», которая известна на талышском как «Зэнги ярым».

[4] «Чобани» талышская народная песня [Not]. – Фрагмент. – DK № 14735/9. – 1л. – 3,5 нот. стр.

Талышские народные песни[Not]: Ленкорань, Астара. 1934. – DK № 14730/15. – 3 л. – 3,5 стр.

Ноты талышских народных песен [Not]: Ленкорань. – DK № 14752, 4 л. – 5 стр.

[5] Интересно, что текст песни «Пароход» впервые был записан на азербайджанском языке Абдул-Муслимом Магомаевым в 1906–1911 годах, когда он работал учителем в Ленкорани, и до сих пор хранится в Институте рукописей НАНА. Талышская запись текста Ниязи доказывает, что знаменитая песня долгое время исполнялась одновременно на двух языках.

[6] В Государственном музее музыкальной культуры Азербайджана

Кюрдю [Not]: для симфонического оркестра. – Партитура. – DK № 14731. – 4 л. – 7 стр.

Кюрдю; Шикэстэ[Not]: для восточного оркестра. – Партитура. – 2.1.1937. – 3.1.1936. – DK № 14730/3. – 8 л. – 16 стр.

Лакский танец [Not]. – Партитура. – 04.09.1957. – DK №14 730/9. – 2 л. – 4 стр.

Лэзгисаягы [Not]: для оркестра духовых инструментов. – Партитура. – 8.VKI.1944 (незаконченный). DK № 14833/91. – 4 л. – 3 стр.

«Лэзгисаягы» № 1 [Not]: для симфонического оркестра. – Партитура. – DK № 14730/1. – 2 л. – 4 стр.

«Лэзгисаягы» № 2 [Not]: – DK № 14730/2. – 2 л. – 2 стр.

«Вэфа нэ башэд»: Иранская народная песня [Not]: для фортепиано. – DK № 14730/16. – 1 л. – 2 стр.

Основные термины (генерируются автоматически): талышский музыкальный фольклор, Азербайджан, Музыкальный кабинет, Научно-исследовательский кабинет музыки, меньшинство, народная музыка, талышский фольклор, Азербайджанская государственная консерватория, Ленинская национальная политика, Талышский край.


Ключевые слова

талышский музыкальный фольклор, научно-исследовательский кабинет музыки, Бюльбюль, У. Гаджибеков, Ниязи, С. Рустамов, М. Насирли, Эртогрол Джавид, М. Асланлы

Похожие статьи

Задать вопрос